Наступил вечер.
Лошадь у крыльца грызла удила.
— Ну, мне пора, — сказал, наконец, доктор Стерлинг, но с места не сдвинулся.
— Значит, ничем больше я не могу помочь сестре? — спросила Софья.
— Не думаю, — ответил доктор.
— Дело тут не в медицине.
— А в чем же? — напрямик спросила Софья.
— Дело в нервах, — сказал доктор.
— Почти целиком в нервах.
Я успел немного разобраться в конституции миссис Пови и надеялся, что ваш визит пойдет ей на пользу.
— Она чувствовала себя прекрасно… просто прекрасно… до того, как позавчера ее продуло сквозняком.
Вчера вечером ей стало лучше, и вот сегодня утром снова обострение.
— У нее нет причин для огорчений? — доверительно спросил доктор.
— Да какие же причины! — воскликнула Софья.
— Откуда у нее настоящие огорчения?
— Вот именно! — согласился врач.
— Я ей все время говорю: ты и не знаешь, что такое огорчения, — сказала Софья.
— В одно слово со мной! — произнес доктор, и глаза его блеснули.
— Сестру немного расстроило то, что вчера не пришло письмо от Сирила, — она обычно ждет его писем по воскресеньям.
Но ведь она так ослабла, так нездорова.
— Смышленый юноша этот Сирил! — заметил врач.
— Он чрезвычайно милый мальчик, — энергично закивала Софья.
— Так вы его видели?
— А как же! — смутилась Софья.
Неужто доктор полагает, что она не знакома с собственным племянником?
Софья вернулась к разговору о сестре:
— По-моему, ей немного неприятно, что от нас уходит служанка.
— А!
Значит, Эми уходит? — понизил голос доктор.
— Между нами говоря, не так уж это плохо.
— Я рада, что вы такого мнения.
— Еще год-другой, и Эми стала бы здесь хозяйкой.
В таких случаях остается только молча наблюдать — сделать-то ничего нельзя.
Право, нельзя.
— Я кое-что сделала, — резко ответила Софья.
— Я прямо сказала этой особе, что, пока я здесь, этому не бывать.
Сперва я и не подозревала… но когда выяснилось… Вы просто не поверите!
Она предоставила самому доктору догадываться о том, чему он должен поверить.
Доктор улыбнулся.
— Да, — сказал он.
— Я прекрасно понимаю, что сначала вы ничего не заметили.
Когда миссис Пови здорова, она, как у нас говорят, может за себя постоять… Но все же прислуга портится — медленно, но верно.
— Так об этом говорят в городе? — спросила уязвленная Софья
— Как уроженке здешних мест, миссис Склейлз, — сказал доктор, — вам должно быть известно, чем заняты жители Берсли.
Софья сжала губы.
Доктор встал и расправил свой жилет.
— Зачем она вообще обременила себя прислугой? — взорвался он.
— Она совершенно свободна.
Она может жить, не зная никаких забот.
Почему она не съездит куда-нибудь, не развлечется?