Да и дом совсем ветхий.
— Он куда лучше всех этих новых домов у парка, — отрезала Констанция.
Она не могла слышать нелестных отзывов о своем доме.
Она не признавала даже ту очевидную истину, что дом старый.
— Начать с того, что ни одна служанка не согласится готовить в подвале, — сохраняя спокойствие, заметила Софья.
— Ну, не знаю, не знаю!
Роза, по крайней мере, об этом ни словом не обмолвилась.
Хорошо тебе так говорить, Софья.
Но я-то знаю Берсли лучше твоего, — в голосе Констанции снова появилась язвительная нота.
— И уверяю тебя, мой дом считается не из худших.
— Да я и не спорю, не спорю.
Но в другом месте тебе было бы лучше.
Все так считают.
— Все?
— Констанция, бросив рукоделье, подняла голову.
— Кто все?
Кто с тобой обо мне говорил?
— К примеру, доктор, — сказала Софья.
— Доктор Стерлинг?
Мне это нравится!
Он всегда твердит, что в Берсли самый здоровый климат во всей Англии.
Он всегда нахваливает Берсли.
— Доктор Стерлинг считает, что тебе следует побольше ездить, а не сидеть взаперти в темном доме.
Если бы у Софьи было время подумать, она не назвала бы дом темным.
Ей это могло только повредить.
— Ах вот как! — фыркнула Констанция.
— Так вот, если мистер Стерлинг желает знать, мне мой темный дом очень нравится.
— Разве доктор не советовал тебе путешествовать? — настаивала Софья.
— Да, он об этом заговаривал, — неохотно признала Констанция.
— В разговоре со мной он на этом настаивал.
И я намерена повторить тебе его слова.
— Пожалуйста! — любезно согласилась Констанция.
— Боюсь, ты не понимаешь, как все это серьезно, — сказала Софья.
— Ты не видишь себя со стороны.
Мгновение она молчала.
То, как многозначительно Констанция повторила слова «мой темный дом», вывело Софью из равновесия и заставило ее позабыть осмотрительность.
Она решилась подробно пересказать Констанции свой разговор с доктором.
— Это вопрос твоего здоровья, — закончила она свою речь.
— Я сочла себя обязанной серьезно с тобой поговорить и поговорила.
Я надеюсь, что ты поймешь меня правильно.
— Ну разумеется! — поспешно ответила Констанция и подумала:
«И трех месяцев не прошло, как мы вместе, а она уже пытается прижать меня к ногтю».
Наступило молчание.
Наконец Софья сказала:
— Нет сомнения, что и ишиас, и сердцебиение у тебя от нервов.
А ты не бережешь свои нервы и волнуешься по пустякам.
Смена обстановки принесла бы тебе огромную пользу.
Ничего другого тебе не надо.
Право, согласись, Констанция, что жить в таком месте, как Площадь св. Луки, притом что ты можешь делать что хочешь и ехать куда пожелаешь, — это уж чересчур. Верно?
Констанция поджала губы и склонилась над вышивкой.