Констанция погасила улыбку, предназначенную мистеру Скейлзу, и, повернувшись, засветилась совсем иной, покровительственной улыбкой, предназначенной покупательнице.
— Доброе утро, мисс Бейнс.
Холодно, не правда ли?
— Доброе утро, миссис Четтерли.
Да, да.
Вас, вероятно, интересуют эти… — Констанция осеклась.
Софья осталась наедине с мистером Скейлзом, ибо, для того чтобы обсудить с миссис Четтерли не могущий быть названным вслух предмет, ее сестре пришлось медленно пойти вдоль прилавка.
Софья мечтала о разговоре наедине, как о чем-то чудесном и неосуществимом.
Но случай ей благоприятствовал.
Она осталась с ним один на один.
Его красиво причесанные светлые волосы, голубые глаза и изящный рот казались ей прекраснее, чем всегда.
Ничто в жизни ни разу не поразило ее так, как его благовоспитанность.
И ее врожденная склонность к гордости и аристократичности, таившаяся в глубине ее натуры, воспряла и бросилась на его джентльменскую благовоспитанность, как изголодавшееся животное на пищу.
— В последний раз, когда я вас видел, — произнес мистер Скейлз каким-то незнакомым тоном, — вы сказали, что никогда не бываете в лавке.
— Как?
Вчера?
Разве?
— Нет, я имею в виду последний раз, когда видел вас одну, — сказал он.
— А! — воскликнула она.
— Я здесь случайно.
— Вот и тогда вы сказали то же самое.
— Правда?
Что же польстило ей и пробудило ее прелестную живость — его манера держаться или суть того, что он говорил?
— Мне кажется, вы нечасто выходите из дому, — продолжал он.
— В такую-то погоду?
— Нет, вообще.
— Я хожу в церковь, — сказала она, — и за покупками с мамой.
— И после краткой паузы добавила — И в библиотеку.
— Вот как.
Значит, у вас здесь есть библиотека?
— Да.
Уже второй год, как она существует.
— И вы там записаны?
Что же вы читаете?
— Ну, разные там рассказы, повести.
Я беру книгу один раз в неделю.
— Наверное, по субботам?
— Нет, — ответила она, — по средам.
— И, улыбнувшись, добавила: — Обычно.
— Сегодня как раз среда, — заметил он, — вы там еще не были?
Она отрицательно покачала головой.
— Не думаю, что пойду сегодня.
Слишком холодно.
Вряд ли я рискну сегодня выйти.
— Вы, должно быть, очень любите читать, — сказал он.
Затем появился мистер Пови, растирая замерзшие руки в перчатках, а миссис Четтерли ушла.
— Я пойду позову маму, — объявила Констанция.
Миссис Бейнс была крайне любезна с молодым человеком.
Он поведал о своем разговоре с полицейскими, которые выразили мнение, что на него напали заблудшие хенбриджские бандиты.
Юные мастерицы, навострив уши, впитывали историю приключения мистера Скейлза и так разволновались, что после его ухода задали несколько вопросов мистеру Пови.