Ничто так не охлаждает великодушные порывы друзей, как наличие тайны в браке.
Не кто иной, как миссис Бейнс, при поддержке обеих заинтересованных сторон, решила, что свадьба должна происходить конфиденциально и вне Берсли.
Свадьба Софьи была излишне неофициальной и происходила слишком далеко, и некоторая таинственность, окружавшая свадьбу Констанции (брак которой был безупречен во всех отношениях), впоследствии несколько оправдала своеобразие свадьбы Софьи, доказав, что миссис Бейнс вообще предпочитает негромкие свадьбы.
В таких делах миссис Бейнс была способна на чрезвычайную тонкость.
В то время, когда Констанция с должной серьезностью занималась свадебными подарками, Мэгги скребла ступеньки, ведущие с тротуара Кинг-стрит к боковой двери, которую она открыла настежь.
Было прекрасное июньское утро.
Сквозь скрежет Констанция внезапно услышала негромкое рычание собаки, а потом хриплый мужской голос.
— Хозяин дома, тетка?
— Может, дома, а может, нет, — последовал ответ Мэгги.
Ей не понравилось, что ее назвали теткой.
Констанция направилась к двери не только из любопытства, но и полагая, что влияние и обязанности владелицы дома распространяются и на тротуар, к нему прилегающий.
На нижней ступеньке стоял крупнейший в Пяти Городах знаток собак, знаменитый Джеймс Бун с Бакроу — высокий, толстый человек, одетый во что-то жесткое, коричневое, покрытое пятнами, и куривший короткую черную глиняную трубку.
Его сопровождали два бульдога.
— Здрасьте, хозяйка! — радостно воскликнул Бун.
— Слыхал, что хозяин вроде бы ищет собаку.
— Ни за что тут не останусь, раз эти твари обнюхивают меня, ни за что! — заявила Мэгги, распрямляясь.
— Разве ищет? — усомнилась Констанция.
Она вспомнила, что Сэм поговаривал насчет собак, но была убеждена, что он относится к ним как к несбыточной мечте.
Ни одна собака еще не переступала порога этого дома, и невозможно было представить себе, что подобное когда-нибудь произойдет.
Что же касается тех страшилищ на тротуаре!..
— Ну и как? — спокойно спросил Джеймс Бун.
— Я скажу ему, что вы здесь, — ответила Констанция.
— Но не знаю, свободен ли он.
В это время он обычно бывает занят.
Мэгги, зайдите в дом.
Она медленно двинулась в лавку, страшась предстоящего.
— Сэм, — шепнула она мужу, писавшему что-то за конторкой. — К тебе пришел человек насчет собаки.
Он был явно захвачен врасплох, но все же сохранил присутствие духа.
— А, насчет собаки!
Кто же это?
— Это Джим Бун.
Он-де слышал, что ты хочешь взять собаку.
Знаменитое имя Джима Буна прибавило ему неуверенности, но он должен был подвергнуться этому испытанию и подвергнулся, хотя и не без тревоги.
Он двигался нервической походкой, а за ним до боковой двери следовала Констанция.
— Доброе утро, Бун.
— Доброе утро, хозяин.
Начался разговор о собаках, причем мистер Пови держался с должной осторожностью.
— Вот, например, этот пес! — сказал Бун, указывая на одного из бульдогов — истинное чудо уродства.
— Да, да, — неискренне проговорил мистер Пови.
— Он и впрямь красавец.
Сколько же он примерно стоит?
— За этого возьму сто двадцать соверенов, — ответил Бун.
— А другой будет подешевле — сто.
— О, Сэм! — задохнулась от удивления Констанция.
Даже мистер Пови чуть не потерял самообладание.
— Столько я платить не собирался, — сказал он неуверенно.
— Но вы только гляньте на нее! — настаивал Бун, грубо схватив более дорогую собаку и заставив ее выставить напоказ людоедские зубы.
Мистер Пови отрицательно покачал головой.
Констанция отвела взгляд.
— Это не совсем та порода, какую бы мне хотелось, — сказал мистер Пови.