— Это все, что у тебя есть?
— Да, отец.
— Ты уверен?
— Да, отец.
Сирил вел крупную игру, рискуя всем и находясь в чрезвычайно невыгодном положении, которое стремился улучшить.
Он охранял свои интересы, как умел.
Мистер Пови счел необходимым пойти на серьезный риск.
— Тогда выложи все из карманов.
Сирил, понимая, что на этот раз он проиграл, опорожнил карманы.
— Сирил, — сказала Констанция, — я без конца повторяю, чтобы ты чаще менял носовые платки!
Посмотри-ка на этот!
Удивительное создание!
Она переживала муки ада из-за дурных предчувствий и при этом говорила о таких пустяках!
За носовым платком последовали обычные для школьника запасы полезных и волшебных предметов, а затем, в последнюю очередь, серебряный флорин!
Мистер Пови почувствовал облегчение.
— О, Сирил! — всхлипнула Констанция.
— Отдай его матери, — сказал мистер Пови.
Мальчик неуклюже шагнул вперед, и Констанция, рыдая, взяла монету.
— Посмотри, пожалуйста, на нее, мать, — сказал мистер Пови, — и скажи, нацарапан ли на ней крестик.
Слезы застилали Констанции глаза, и ей пришлось их вытереть.
— Да, — еле слышно пролепетала она.
— Что-то на ней есть.
— Так я и думал, — заметил мистер Пови.
— Откуда ты ее стащил? — спросил он.
— Из кассы, — ответил Сирил.
— А до этого ты воровал деньги из кассы?
— Да.
— Что это за «да»?
— Да, отец.
— Вынь руки из карманов и стань прямо, если можешь.
Как часто ты это делал?
— Не… не знаю, отец.
— Я сам виноват, — честно признался мистер Пови.
— Я сам виноват.
Кассу нужно всегда держать запертой.
Все кассы должны быть всегда заперты.
Но мы считали, что можем доверять мастерицам.
Если бы мне сказали, что мне не следует доверять тебе, если бы мне сказали, что мой сын — вор, я бы ответил… сам не знаю, что бы я ответил!
У мистера Пови были основания обвинять себя.
Дело в том, что к кассе относились по старинке, а ему следовало бы решительно изменить такое положение. Но он настолько привык к нему, что ему это и в голову не приходило.
Во времена Джона Бейнса касса с тремя углублениями в ней — двумя для серебряных монет и одним для медных (золотые туда никогда не клали) — никогда не запиралась.
Тот из хозяев, кто в данный момент наблюдал за работой в лавке, брал из кассы мелочь для мастериц или поручал сделать это одной из них.
Золотые монеты хранились в льняном мешочке, запертом в ящике конторки.
Содержимое кассы не подвергалось учету по какой-нибудь бухгалтерской системе, ибо таковой не существовало. Когда все денежные операции, как расход, так и приход, производятся наличными (а Бейнсы никогда никому не бывали должны ни единого пенса, не считая платы по счетам за оптовые покупки, которую они каждые три месяца немедленно вручали агенту фирмы), бухгалтерский учет не обязателен.
Касса стояла непосредственно у входа в лавку из жилой части дома, в самой ее темной части, и злополучному Сирилу, отправляясь в школу, нужно было каждое утро проходить мимо нее.
Этот маршрут отлично способствовал воспитанию юных преступников.
— А на что ты тратил деньги? — спросил мистер Пови.
Сирил вновь сунул руки в карманы, но, заметив свою оплошность, вынул их.
— Конфеты.
— Что еще?