В коридоре они столкнулись с Лужиным: он явился ровно в восемь часов и отыскивал нумер, так что все трое вошли вместе, но не глядя друг на друга и не кланяясь.
Молодые люди прошли вперед, а Петр Петрович, для приличия, замешкался несколько в прихожей, снимая пальто.
Пульхерия Александровна тотчас же вышла встретить его на пороге. Дуня здоровалась с братом.
Петр Петрович вошел и довольно любезно, хотя и с удвоенною солидностью, раскланялся с дамами.
Впрочем, смотрел так, как будто немного сбился и еще не нашелся.
Пульхерия Александровна, тоже как будто сконфузившаяся, тотчас же поспешила рассадить всех за круглым столом, на котором кипел самовар.
Дуня и Лужин поместились напротив друг друга по обоим концам стола.
Разумихин и Раскольников пришлись напротив Пульхерии Александровны - Разумихин ближе к Лужину, а Раскольников подле сестры.
Наступило мгновенное молчание.
Петр Петрович не спеша вынул батистовый платок, от которого понесло духами, и высморкался с видом хотя и добродетельного, но все же несколько оскорбленного в своем достоинстве человека, и притом твердо решившегося потребовать объяснений.
Ему еще в передней пришла было мысль: не снимать пальто и уехать и тем скоро и внушительно наказать обеих дам, так чтобы разом дать все почувствовать.
Но он не решился.
Притом этот человек не любил неизвестности, а тут надо было разъяснить: если так явно нарушено его приказание, значит, что-нибудь да есть, а стало быть, лучше наперед узнать; наказать же всегда будет время, да и в его руках.
- Надеюсь, путешествие прошло благополучно? - официально обратился он к Пульхерии Александровне.
- Слава богу, Петр Петрович.
- Весьма приятно-с.
И Авдотья Романовна тоже не устали?
- Я-то молода и сильна, не устану, а мамаше так очень тяжело было, - отвечала Дунечка.
- Что делать-с; наши национальные дороги весьма длинны.
Велика так называемая "матушка Россия"...
Я же, при всем желании, никак не мог вчера поспешить к встрече.
Надеюсь, однако, что все произошло без особых хлопот?
- Ах, нет, Петр Петрович, мы были очень обескуражены, - с особой интонацией поспешила заявить Пульхерия Александровна, - и если б сам бог, кажется, не послал нам вчера Дмитрия Прокофьича, то мы просто бы так и пропали.
Вот они, Дмитрий Прокофьич Разумихин, - прибавила она, рекомендуя его Лужину.
- Как же, имел удовольствие... вчера, - пробормотал Лужин, неприязненно покосившись на Разумихина, затем нахмурился и примолк.
Да и вообще Петр Петрович принадлежал к разряду людей, по-видимому чрезвычайно любезных в обществе и особенно претендующих на любезность, но которые, чуть что не по них, тотчас же и теряют все свои средства и становятся похожими скорее на мешки с мукой, чем на развязных и оживляющих общество кавалеров.
Все опять примолкли: Раскольников упорно молчал, Авдотья Романовна до времени не хотела прерывать молчания, Разумихину нечего было говорить, так что Пульхерия Александровна опять затревожилась
- Марфа Петровна умерла, вы слышали? - начала она, прибегая к своему капитальному средству.
- Как же, слышал-с.
По первому слуху был уведомлен и даже приехал вам теперь сообщить, что Аркадий Иванович Свидригайлов, немедленно после похорон супруги, отправился поспешно в Петербург.
Так, по крайней мере, по точнейшим известиям, которые я получил.
- В Петербург?
Сюда? - тревожно спросила Дунечка и переглянулась с матерью.
- Точно так-с, и уж, разумеется, не без целей, приняв во внимание поспешность выезда и, вообще, предшествовавшие обстоятельства.
- Господи! Да неужели он и тут не оставит Дунечку в покое? - вскрикнула Пульхерия Александровна.
- Мне кажется, особенно тревожиться нечего, ни вам, ни Авдотье Романовне, конечно если сами не пожелаете входить в какие бы то ни было с ним отношения.
Что до меня касается, я слежу, и теперь разыскиваю, где он остановился...
- Ах, Петр Петрович, вы не поверите, до какой степени вы меня теперь испугали! - продолжала Пульхерия Александровна.
- Я его всего только два раза видела, и он мне показался ужасен, ужасен!
Я уверена, что он был причиною смерти покойницы Марфы Петровны.
- Насчет этого нельзя заключить.
Я имею известия точные.
Не спорю, может быть, он способствовал ускоренному ходу вещей, так сказать, нравственным влиянием обиды; но что касается поведения и, вообще, нравственной характеристики лица, то я с вами согласен.
Не знаю, богат ли он теперь и что именно оставила ему Марфа Петровна; об этом мне будет известно в самый непродолжительный срок; но уж, конечно, здесь, в Петербурге, имея хотя бы некоторые денежные средства, он примется тотчас за старое.
Это самый развращенный и погибший в пороках человек, из всех подобного рода людей!
Я имею значительное основание предполагать, что Марфа Петровна, имевшая несчастие столь полюбить его и выкупить из долгов, восемь лет назад, послужила ему еще и в другом отношении: единственно ее старанием и жертвами затушено было, в самом начале, уголовное дело, с примесью зверского и, так сказать, фантастического душегубства, за которое он весьма мог бы прогуляться в Сибирь.
Вот каков этот человек, если хотите знать.
- Ах, господи! - вскричала Пульхерия Александровна.
Раскольников внимательно слушал.
- Вы правду говорите, что имеете об этом точные сведения? - спросила Дуня, строго и внушительно.