Просто для характеристики лица или с дальнейшею целью: задобрить меня в пользу господина Лужина?
О хитрые!
Любопытно бы разъяснить еще одно обстоятельство: до какой степени они обе были откровенны друг с дружкой, в тот же день и в ту ночь, и во все последующее время?
Все ли слова между ними были прямо произнесены, или обе поняли, что у той и у другой одно в сердце и в мыслях, так уж нечего вслух-то всего выговаривать да напрасно проговариваться.
Вероятно, оно так отчасти и было; по письму видно: мамаше он показался резок, немножко, а наивная мамаша и полезла к Дуне с своими замечаниями.
А та, разумеется, рассердилась и "отвечала с досадой".
Еще бы!
Кого не взбесит, когда дело понятно и без наивных вопросов и когда решено, что уж нечего говорить.
И что это она пишет мне: "Люби Дуню, Родя, а она тебя больше себя самой любит"; уж не угрызения ли совести ее самое втайне мучат за то, что дочерью сыну согласилась пожертвовать.
"Ты наше упование, ты наше все!"
О мамаша!..."
Злоба накипала в нем все сильнее и сильнее, и если бы теперь встретился с ним господин Лужин, он, кажется, убил бы его!
"Гм, это правда, - продолжал он, следуя за вихрем мыслей, крутившимся в его голове, - это правда, что к человеку надо "подходить постепенно и осторожно, чтобы разузнать его"; но господин Лужин ясен.
Главное, "человек деловой и, кажется, добрый": шутка ли, поклажу взял на себя, большой сундук на свой счет доставляет!
Ну как же не добрый?
А они-то обе, невеста и мать, мужичка подряжают, в телеге, рогожею крытой (я ведь так езжал)!
Ничего!
Только ведь девяносто верст, "а там преблагополучно прокатимся в третьем классе", верст тысячу.
И благоразумно: по одежке протягивай ножки; да вы-то, господин Лужин, чего же?
Ведь это ваша невеста...
И не могли же вы не знать, что мать под свой пенсион на дорогу вперед занимает?
Конечно, тут у вас общий коммерческий оборот, предприятие на обоюдных выгодах и на равных паях, значит, и расходы пополам; хлеб-соль вместе, а табачок врозь, по пословице.
Да и тут деловой человек их поднадул немножко: поклажа-то стоит дешевле ихнего проезда, а пожалуй, что и задаром пойдет.
Что ж они обе не видят, что ль, этого аль нарочно не замечают?
И ведь довольны, довольны!
И как подумать, что это только цветочки, а настоящие фрукты впереди!
Ведь тут что важно: тут не скупость, не скалдырничество важно, а тон всего этого.
Ведь это будущий тон после брака, пророчество...
Да и мамаша-то чего ж, однако, кутит?
С чем она в Петербург-то явится?
С тремя целковыми аль с двумя "билетиками", как говорит та... старуха... гм!
Чем же жить-то в Петербурге она надеется потом-то?
Ведь она уже по каким-то причинам успела догадаться, что ей с Дуней нельзя будет вместе жить после брака, даже и в первое время?
Милый-то человек, наверно, как-нибудь тут проговорился, дал себя знать, хотя мамаша и отмахивается обеими руками от этого:
"Сама, дескать, откажусь".
Что ж она, на кого же надеется: на сто двадцать рублей пенсиона, с вычетом на долг Афанасию Ивановичу?
Косыночки она там зимние вяжет, да нарукавнички вышивает, глаза свои старые портит.
Да ведь косыночки всего только двадцать рублей в год прибавляют к ста двадцати-то рублям, это мне известно.
Значит, все-таки на благородство чувств господина Лужина надеются: "Сам, дескать, предложит, упрашивать будет".
Держи карман!
И так-то вот всегда у этих шиллеровских прекрасных душ бывает: до последнего момента рядят человека в павлиньи перья, до последнего момента на добро, а не на худо надеются; и хоть предчувствуют оборот медали, но ни за что себе заранее настоящего слова не выговорят; коробит их от одного помышления; обеими руками от правды отмахиваются, до тех самых пор, пока разукрашенный человек им собственноручно нос не налепит.
А любопытно, есть ли у господина Лужина ордена; об заклад бьюсь, что Анна в петлице есть и что он ее на обеды у подрядчиков и у купцов надевает.
Пожалуй, и на свадьбу свою наденет!
А впрочем, черт с ним!..
... Ну да уж пусть мамаша, уж бог с ней, она уж такая, но Дуня-то что?
Дунечка, милая, ведь я знаю вас!
Ведь вам уже двадцатый год был тогда, как последний-то раз мы виделись: характер-то ваш я уже понял.
Мамаша вон пишет, что
"Дунечка многое может снести".
Это я знал-с.