Вы мне чрезвычайно облегчаете дело сами, Авдотья Романовна!
Да где это вы револьвер достали?
Уж не господин ли Разумихин?
Ба! Да револьвер-то мой! Старый знакомый!
А я-то его тогда как искал!..
Наши деревенские уроки стрельбы, которые я имел честь вам давать, не пропали-таки даром.
- Не твой револьвер, а Марфы Петровны, которую ты убил, злодей!
У тебя ничего не было своего в ее доме.
Я взяла его, как стала подозревать, на что ты способен.
Смей шагнуть хоть один шаг, и клянусь, я убью тебя!
Дуня была в исступлении. Револьвер она держала наготове.
- Ну, а брат?
Из любопытства спрашиваю, - спросил Свидригайлов, все еще стоя на месте.
- Донеси, если хочешь!
Ни с места!
Не сходи!
Я выстрелю!
Ты жену отравил, я знаю, ты сам убийца!..
- А вы твердо уверены, что я Марфу Петровну отравил?
- Ты!
Ты мне сам намекал; ты мне говорил об яде... я знаю, ты за ним ездил... у тебя было готово...
Это непременно ты... подлец!
- Если бы даже это была и правда, так из-за тебя же... все-таки ты же была бы причиной.
- Лжешь! (бешенство засверкало в глазах Дуни) лжешь, клеветник!
- Лгу?
Ну, пожалуй, и лгу.
Солгал.
Женщинам про эти вещицы поминать не следует. (Он усмехнулся.) Знаю, что выстрелишь, зверок хорошенький.
Ну и стреляй!
Дуня подняла револьвер и, мертво-бледная, с побелевшею, дрожавшею нижнею губкой, с сверкающими, как огонь, большими черными глазами, смотрела на него, решившись, измеряя и выжидая первого движения с его стороны.
Никогда еще он не видал ее столь прекрасною.
Огонь, сверкнувший из глаз ее в ту минуту, когда она поднимала револьвер, точно обжег его, и сердце его с болью сжалось.
Он ступил шаг, и выстрел раздался.
Пуля скользнула по его волосам и ударилась сзади в стену.
Он остановился и тихо засмеялся:
- Укусила оса!
Прямо в голову метит...
Что это?
Кровь! - Он вынул платок, чтоб обтереть кровь, тоненькою струйкой стекавшую по его прямому виску; вероятно, пуля чуть-чуть задела по коже черепа.
Дуня опустила револьвер и смотрела на Свидригайлова не то что в страхе, а в каком-то диком недоумении.
Она как бы сама уж не понимала, что такое она сделала и что это делается!
- Ну что ж, промах!
Стреляйте еще, я жду, - тихо проговорил Свидригайлов, все еще усмехаясь, но как-то мрачно, - этак я вас схватить успею, прежде чем вы взведете курок!
Дунечка вздрогнула, быстро взвела курок и опять подняла револьвер.
- Оставьте меня! - проговорила она в отчаянии, - клянусь, я опять выстрелю...
Я... убью!..
- Ну что ж... в трех шагах и нельзя не убить.
Ну а не убьете... тогда...
- Глаза его засверкали, и он ступил еще два шага.
Дунечка выстрелила, осечка!