— Бен поднял жердь высоко-высоко, и мы с Громобоем вчера шесть раз прыгали, и сегодня шесть раз, и еще в прудике сдохли две рыбки, они вздулись и плавают вверх животами, и еще няня вчера обожгла чайником палец, и еще мы с папой вчера видели лису, ну, совсем рядом, она посидела, а потом убегала в лес, и еще я начал рисовать битву, но никак не могу кончить, потому что у меня краски не те, и еще серая ломовая, у которой были глисты, поправилась.
— Ничего особенного не произошло, — сказал Тени.
— Мы по тебе скучали.
И что ты делала в Лондоне так долго?
— Кто? Я?
Я очень плохо себя вела, если говорить правду.
— Швырялась деньгами?
— Хуже.
Я предавалась жуткому разврату, ухнула кучу денег и получила уйму удовольствия.
Но у меня есть для тебя ужасная новость.
— Что такое?
— Нет, лучше я ее попридержу.
Тебе она вовсе не понравится.
— Ты купила мопса.
— Хуже, гораздо хуже.
Только я этого еще не сделала.
До сил нет, как хочу.
— Давай выкладывай.
— Тони, я нашла квартиру.
— Так потеряй ее, и побыстрее.
— Ладно, я за тебя еще возьмусь.
А пока постарайся заранее не хандрить.
— Я и думать об этом забуду.
— Пап, а что такое квартира?
Бренда обедала в пижаме, а потом, примостившись около Тони на диване, ела сахар из его чашки.
— Все это, как я понимаю, означает, что ты снова заведешь разговор о квартире.
— Угу…
— Ты не подписывала никаких бумаг, скажи?
— Что ты, — Бренда решительно затрясла головой.
— Тогда еще ничего страшного, — Тони принялся набивать трубку.
Бренда присела на диване на корточки.
— Слушай, а ты не хандрил?
— Нет.
— Потому что ты квартиру представляешь себе совсем иначе, чем я.
Для тебя квартира — это и лифт, и швейцар в галунах, и огромный парадный вход, и роскошный холл, из которого ведут во все стороны двери, и кухни, и буфетные, и столовые, и гостиные, и спальни для прислуги… верно. Тони?
— Более или менее.
— То-то и оно.
А для меня это спальня с ванной и телефоном.
Уловил разницу?
Так вот, одна моя знакомая…
— Какая знакомая?
— Ты ее не знаешь… Так вот она разгородила целый дом неподалеку от Белгрейв-сквер на такие квартирки — платишь три фунта в неделю, и никаких тебе налогов и обложений, горячая вода, центральное отопление, когда нужно, можно вызвать уборщицу, что ты на это скажешь?
— Понятно.
— Теперь послушай, что я думаю.
Что такое три фунта в неделю?
Меньше девяти шиллингов в день.
А где ты можешь остановиться с такими удобствами меньше чем за девять шиллингов?
Тебе приходится ехать в клуб, а это обходится дороже, а я не могу вечно останавливаться у Марджори, ее это ужасно стесняет, ведь у нее еще пес, и ты сам всегда говоришь, когда я приезжаю вечером из Лондона, прошатавшись весь день по магазинам: «Почему ты не осталась там ночевать? — говоришь ты мне. — Зачем так выматываться».
Не счесть, сколько раз ты мне это говорил.
Я уверена, что мы тратим куда больше трех фунтов в неделю из-за того, что у нас нет квартиры.