— Я моделирую шапки для почтальонов.
— Ой, бросьте.
— А мой друг дрессирует моржей.
— Врите больше.
Бэбз сказала:
— А один мой знакомый в газете работает.
Через некоторое время Джок сказал:
— Слушай, надо что-то предпринять с Брендой, куда это годится?
— Я же ей сказал, что мы не приедем, ведь так?
— Так-то оно так… а может, она все равно на нас рассчитывает.
— Я тебе вот что скажу: пойди позвони ей и спроси начистоту, хочет она нас видеть или нет?
— Ладно.
Через десять минут он возвратился.
— Мне показалось, она сердится, — доложил он, — но я все равно сказал, что мы не приедем.
— Она, наверное, устала, — сказал Тони, — ей приходится рано вставать, чтобы успеть на экономику.
Кстати говоря, я припоминаю, действительно кто-то нам говорил, что она устала, еще когда мы в клубе сидели.
— Слушай, что за мерзкая рыба?
— Официант говорит, ты ее заказывал.
— Может, и заказывал.
— Я ее отдам здешней кошке, — сказала Бэбз, — она милашка, ее Ягодкой зовут.
Раз-другой они потанцевали.
Потом Джок сказал:
— Как ты считаешь, стоит нам еще позвонить Бренде?
— Наверно, стоит.
Похоже, она на нас сердится.
— Давай уйдем отсюда и по дороге ей позвоним.
— А к нам вы не поедете? — спросила Бэбз.
— Сегодня, к сожалению, ничего не выйдет.
— Как же так, — сказала Милли, — куда это годится?
— Нет, нет, мы правда сегодня не можем.
— Ладно.
А как насчет подарочка?
Может, вы не знаете, но мы платные партнерши.
— Ах да, извините, сколько с нас?
— Ну, это вам решать.
Тони дал им фунт.
— Можно и набавить, — сказала Бэбз, — мы с вами добрых два часа просидели.
Джок дал еще фунт.
— Заходите опять, когда у вас будет больше времени, — сказала Милли.
— Мне что-то нехорошо, — сказал Тони на лестнице.
— Пожалуй, не стану звонить Бренде.
— Поручи, пусть ей отсюда позвонят.
— Блестящая идея… Послушайте, — сказал он обшарпанному швейцару.
Позвоните по этому номеру Слоун и так далее, соединитесь с ее милостью и передайте, что мистер Грант-Мензис и мистер Ласт очень сожалеют, но никак не смогут навестить ее сегодня вечером.
Усекли?
Он дал швейцару полкроны, и они вывалились на Синкстрит.
— Мы сделали все, что могли, — сказал он, — Бренде не на что обижаться.
— Знаешь, что я сделаю.
Я ведь все равно прохожу мимо нее, так что я позвоню ей в дверь — на всякий случай, вдруг она еще не легла и ждет нас.
— Точно, так и сделай.