Кстати, на следующей неделе я оставлю Гримшо в Хеттоне, скажи миссис Моссоп.
Снимать ей жилье в Лондоне и хлопотно и накладно.
По правде говоря, я могла бы обойтись и без нее, что ты скажешь? Хотя она незаменима с шитьем.
Страх как хочу увидеть Джона.
Все уедут обратно в воскресенье вечером.
Не упивайся, милый.
Приложи все усилия.
* * * * * Б.»
В пятницу Тони не знал, чем заполнить время.
С письмами, он покончил к десяти.
Пошел на ферму, но и там ему нечего было делать.
Обязанности, прежде казавшиеся столь многочисленными и разнообразными, теперь занимали ничтожную часть дня; он сам не сознавал, как много времени он, бывало, проводил с Брендой.
Он посмотрел, как Джон катается по загону.
Мальчик явно затаил на него обиду после ссоры в среду; когда Тони зааплодировал Удачному прыжку, Джон сказал:
— Он еще не так может.
— И потом: — А когда мама приедет?
— Только завтра.
— А.
— Мне сегодня утром надо съездить в Литл-Бейтон.
Хочешь поехать со мной? Может, нам удастся посмотреть псарню.
Джон уже много недель приставал, чтоб его туда взяли.
— Нет, спасибо, — сказал он.
— Я хочу закончить картину.
— Ты можешь ее закончить и потом.
— А я хочу сегодня.
Когда Тони ушел, Бен сказал:
— Ты чего это взъелся на папашу?
Ты ведь никому проходу не давал — с самого рождества клянчил, чтоб тебя взяли на псарню.
— А ну его, — сказал Джон.
— Ах ты, пащенок, слыханное ли дело об отце так говорить?
— А ты при мне не смеешь говорить «пащенок», мне няня сказала.
Итак, Тони отправился в Литл-Бейтон один, ему нужно было обсудить кое-какие дела с полковником Бринком.
Он надеялся, что Бринки оставят его у себя, но полковник с женой были званы на чай к соседям, и он в сумерках вернулся в Хеттон.
Легкий туман стлался по парку, доходя до груди, серые контуры башен и зубчатых стен расплывались в воздухе, истопник спускал флаг на главной башне.
— Бренда, страдалица моя, какая чудовищная комната, — сказала миссис Бивер.
— Мы ею почти не пользуемся, — холодно сказал Тони.
— Надо думать, — сказала та, которую называли Вероникой.
— Не понимаю, чем она плоха, — сказала Полли, — вот разве что старомодная.
— Видите ли, — объясняла Бренда, не глядя на Тони, — мне нужна хотя бы одна сносная комната внизу.
Сейчас у нас только курительная и библиотека.
Гостиная огромная, и о ней не может быть и речи.
Я думала, мне нужно что-то вроде будуара более или менее для себя.
Как вы думаете, есть тут от чего оттолкнуться?
— Но, ангел мой, она вся в углах, — сказала Дейзи, — и потом еще этот камин, из чего он, кстати, сделан, из розового гранита? И вся эта лепнина и панели.
Нет, тут все чудовищно.
И вдобавок она такая мрачная.
— Я точно представляю, что нужно Бренде, — сказала миссис Бивер, давая задний ход, — и, по-моему, это вполне осуществимо.
Мне надо подумать.
Как сказала Вероника, форма, конечно, налагает известные ограничения… но, знаете, я думаю правильнее всего будет начисто ее игнорировать и найти такое решение, которое вынесло бы на себе всю нагрузку, вы меня понимаете? Предположим, мы обшиваем стены хромированными панелями, а на пол кладем ковер из натуральной овчины… Только боюсь, не превысит ли это сумму, которую вы рассчитывали потратить.
— Будь моя воля, я б тут все взорвала ко всем чертям, — сказала Вероника.