Кто бы это мог быть?
— Одного вы должны избегать — он вам не принесет добра: он жестокосерд и алчен.
— Это наверняка мой мистер Бивер, господь с ним.
Внизу Джок сидел в маленькой комнате окнами на улицу, где гости Полли обычно собирались перед обедом.
Было пять минут седьмого.
Вскоре Бренда натянула чулок, надела туфлю и вышла к дамам
— Весьма увлекательно, — объявила она.
— Послушайте, почему у вас такой странный вид?
— Джок Грант-Мензис хочет с тобой поговорить — он внизу.
— Джок?
Какая неожиданность.
Ничего страшного не случилось, ведь нет?
— Ты лучше спустись, поговори с ним.
И тут Бренду напугала странная обстановка в комнате и непривычные выражения на лицах подруг.
Она опрометью кинулась вниз, в комнату, где ее ждал Джок.
— В чем дело, Джок?
Говори быстрей, мне страшно.
Ничего ужасного не случилось, нет?
— Боюсь, что да.
Произошел несчастный случай.
— Джон?
— Да.
— Умер?
Джок кивнул.
Она опустилась на жесткий ампирный стульчик у стены я села тихо-тихо, сложив руки на коленях, как благовоспитанный ребенок, которого привели в компанию взрослых.
Она сказала:
— Расскажи мне, как это было.
Откуда ты узнал?
— Я не уезжал из Хеттона после воскресенья.
— Из Хеттона?
— Разве ты не помнишь?
Джон сегодня собирался на охоту.
Она нахмурилась, до нее не сразу дошли его слова.
— Джон… Джон Эндрю… Я… слава богу… — и она разрыдалась.
Она беспомощно плакала, отвернув от Джока лицо и уткнувшись лбом в золоченую спинку стула.
Наверху миссис Норткотт держала за ногу. Суки де Фуко-Эстергази.
— Вашу судьбу, — говорила она, — определяют четверо мужчин.
Один верен и нежен, но он не открыл еще вам своей любви… VII
Прорезав тишину Хеттона, около комнаты экономки прозвенел телефонный звонок и был переключен на библиотеку.
Трубку взял Тони.
— Это Джок.
Я только что видел Бренду.
Она приедет семячасовым поездом,
— Как она, очень расстроена?
— Разумеется.
— Где она сейчас?
— Она со мной.
Я звоню от Полли.
— Мне поговорить с ней?
— Не стоит.