Да еще в прошлом году Марджори повсюду шлялась с этим оболтусом Робином Бизили.
Она по нему с ума сходила, а я делал вид, что ничего не замечаю, — и все рассосалось.
На твоем месте я бы просто посмотрел на это сквозь пальцы.
Марджори сказала:
— Ну, конечно же, Бренда не любит Бивера.
Да разве можно его любить? А если ей и кажется сейчас, что она его любит, твой долг — помешать ей свалять дурака.
Ты должен не давать ей развода, по крайней мере, до тех пор, пока она не подыщет кого-нибудь поприличнее.
Леди Сент-Клауд сказала:
— Бренда поступила очень, очень неразумно.
Девочка всегда была крайне возбудимой, но я уверена, что ничего дурного она не могла сделать, абсолютно уверена.
Бренда на такое не способна.
Я не знакома с мистером Бивером и не имею ни малейшего желания с ним знакомиться.
Насколько я понимаю, он во всех отношениях неподходящая пара для Бренды.
Не может быть, чтобы Бренда хотела выйти замуж за такого человека.
Я вам объясню, Тони, как это получилось.
Бренда, должно быть, чувствовала, что вы ею пренебрегаете, ну самую чуточку, — так часто бывает на этой стадии брака.
Мне известно множество подобных случаев — и конечно же, ей польстило, что в нее по уши влюбился молодой человек.
Вот и все — ничего дурного в этом не было Но потом этот чудовищный удар — несчастье с маленьким Джоном — выбил ее из колеи, она просто не отдавала себе отчета в том, что говорит и что пишет.
Через несколько лет вы еще посмеетесь над этим недоразумением.
Тони не видел Бренды со дня похорон.
Один раз он говорил с ней по телефону.
Шла вторая неделя, когда он особенно тосковал и совершенно потерял голову от разнообразных советов
У него долго сидел Аллан, склоняя его к примирению.
— Я говорил с Брендой, — сказал он.
— Ей уже надоел Бивер.
Она только и мечтает, как бы вернуться в Хеттон и зажить с тобой по-прежнему.
Пока Аллан был у него, Тони решительно отказывался его слушать, но потом его слова и воспоминания, которые они пробудили, не шли у него из головы.
Итак он позвонил: Бренде, и она говорила с ним спокойно и серьезно.
— Бренда, это Тони.
— Здравствуй, Тони, в чем дело?
— Я только что говорил с Алланом.
Он сказал, у тебя переменились планы.
— Я что-то не понимаю, о чем ты.
— Он сказал, что ты хочешь бросить Бивера и вернуться в Хеттон.
— Аллан так сказал?
— Да, а что, это неправда?
— Боюсь, что нет.
Аллан — осел и лезет не в свои деда.
Он был у меня сегодня.
Мне он сказал, что ты не хочешь разводиться, но готов разрешить мне жить в Лондоне и делать все, что мне заблагорассудится, лишь бы не доводить до публичных скандалов.
Мне это показалось разумным, и я как раз хотела тебе позвонить, поговорить.
Но, наверное, это тоже дипломатический ход Аллана.
Как бы то ни было, боюсь, что сейчас вопрос о моем возвращении в Хеттон не стоит.
— Понимаю.
Я так и думал… Я просто так позвонил.
— Ничего.
Как поживаешь, Тони?
— Спасибо, хорошо.
— Вот и отлично. Я тоже.
До свиданья.