Она просила узнать, не могла бы она пригодиться в лавке.
— Ну… трудно сказать.
В любое другое время я б оторвала такую продавщицу с руками и ногами… а теперь не знаю, что и сказать.
И потом мне лично кажется, что при сложившихся обстоятельствах это вряд ли удобно.
— Я сказал, что спрошу, только и всего.
— Джон, ты никогда со мной не делишься, и мне не хотелось бы, чтобы ты думал, будто я вмешиваюсь; но скажи, что все-таки вы с Брендой намерены делать дальше?
— Не знаю.
— Ты никогда со мной не делишься, — повторила миссис Бивер, — Но до меня доходят всякие слухи.
Развод будет?
— Не знаю.
Миссис Бивер вздохнула.
— Что ж, мне пора на работу.
Где ты обедаешь?
— У Брэтта.
— Бедняжка.
Между прочим, мне казалось, что ты подал в Браун-клуб.
— Они мне ничего не сообщали.
Я не знаю, были у них выборы или нет.
— Твой отец состоял членом этого клуба.
— По-моему, я не пройду… Да, кроме того, мне это действительно не по карману…
— Ты меня беспокоишь, Джон.
И мне лично кажется, что те надежды, которые я питала перед рождеством, не оправдываются.
— Мой телефон.
Может, это Марго.
Она уж бог знает сколько никуда меня не приглашала.
Но это была всего лишь Бренда.
— К сожалению, у мамы нет для тебя работы, — сказал он.
— Ладно.
Надеюсь, что-нибудь подвернется.
Я б не отказалась сейчас от улыбки фортуны.
— Я тоже.
Ты спрашивала Аллана о Браун-клубе?
— Да, спрашивала.
Он говорит: на прошлой неделе избрали десять человек.
— Значит, меня прокатили?
— Откуда мне знать.
Когда заходит речь о клубах, мужчин не поймешь.
— Я рассчитывал, что ты заставишь Аллана и Реджи поддержать меня.
— Я их просила.
Да и какое это имеет значение?
Хочешь поехать на уикенд к Веронике?
— Вряд ли я поеду…
— Я была бы очень рада.
— У нее такой паршивый домишко… и потом мне лично кажется, что Вероника ко мне плохо относится.
А кто там будет?
— Я буду.
— А… ладно, я тебе дам знать.
— Я тебя увижу сегодня вечером?
— Я тебе дам знать.
— О господи, — сказала Бренда, вешая трубку.