ГЛАВА XXII Кража со взломом
- Эй! - раздался громкий, хриплый голос, как только они вошли в коридор.
- Нечего орать, - отозвался Сайкс, запирая дверь.
- Посветите нам, Тоби.
- Эге! Да это мой приятель! - крикнул тот же голос.
- Свету, Барни, свету!
Впусти джентльмена... А прежде всего не угодно ли вам будет проснуться?
По-видимому, оратор швырнул сначала рожок для надевания башмаков или что-нибудь в этом роде в особу, к которой обращался, чтобы пробудить ее ото сна, потому что слышно было, как с грохотом упала какая-то деревянная вещь, а затем послышалось невнятное бормотанье человека, находящегося между сном и бодрствованием.
- Слышишь ты или нет? - продолжал тот же голос.
- В коридоре Билл Сайкс, и никто его не встречает, а ты дрыхнешь, как будто принял опиум за обедом.
Ну что, очухался, или, может быть, запустить в тебя железным подсвечником, чтобы ты окончательно проснулся?
Как только был задан этот вопрос, по голому полу быстро зашлепали стоптанные туфли, и из двери направо появились - сначала тускло горевшая свеча, а затем фигура того самого субъекта, который уже был описан, - гнусавого слуги из трактира на Сафрен-Хилле.
- Мистер Сайкс! - воскликнул Барни с искренней или притворной радостью. - Пожалуйте, сэр, пожалуйте!
- Ну, входи первым, - сказал Сайкс, подталкивая Оливера.
- Живее, не то наступлю тебе на пятки.
Ругая его за медлительность. Сайкс толкнул Оливера, и они очутились в низкой темной комнате, где был закопченный камин, два-три поломанных стула, стол и очень старый диван, на котором, задрав ноги выше головы, лежал, растянувшись во весь рост, мужчина, куривший длинную глиняную трубку.
На нем был модного покроя сюртук табачного цвета с большими бронзовыми пуговицами, оранжевый галстук, грубый, бросающийся в глаза пестрый жилет и короткие темные штаны.
Мистер Крекит (ибо это был он) не имел чрезмерного количества волос ни на голове, ни на лице, а те, какие у него были, отличались красноватым оттенком и были закручены в длинные локоны наподобие пробочника, в которые он то и дело засовывал свои грязные пальцы, украшенные большими дешевыми перстнями.
Он был немного выше среднего роста и, по-видимому, слаб на ноги, но это обстоятельство ничуть не мешало ему восхищаться собственными, задранными вверх, высокими сапогами, которые он созерцал с живейшим удовольствием.
- Билл, приятель! - сказал субъект, повернув голову к двери.
- Рад вас видеть.
Я уже начал побаиваться, не отказались ли вы от нашего дельца, тогда бы я пошел на свой страх и риск.
Ох!
Испустив этот возглас, выражавший величайшее изумление при виде Оливера, мистер Тоби Крекит принял сидячее положение и пожелал узнать, что это такое.
- Мальчишка, всего-навсего мальчишка, - ответил Сайкс, придвигая стул к камину.
- Один из питомцев мистера Феджина, - ухмыляясь, подхватил Барни.
- Ах, Феджина! - воскликнул Тоби, разглядывая Оливера.
- Ну и редкостный мальчишка - такому ничего не стоит очистить карманы у всех старых леди в церкви!
Этот тихоня составит Феджину целое состояние!
- Ну-ну, довольно! - нетерпеливо перебил Сайкс и, наклонившись к своему приятелю, шепнул ему на ухо несколько слов, после чего мистер Крекит неудержимо расхохотался и удостоил Оливера пристальным и изумленным взглядом.
- А теперь, - сказал Сайкс, усевшись на прежнее место, - дайте нам, пока мы тут ждем, чего-нибудь поесть и выпить, это нас подбодрит - меня во всяком случае.
Подсаживайся к камину, малыш, и отдыхай - ночью тебе еще придется пройтись, хоть не так уж далеко.
Оливер посмотрел на Сайкса робко и с немым изумлением; потом, придвинув табурет к огню, сел, опустив голову на руки - она у него болела, - вряд ли сознавая, где он находится и что вокруг него творится.
- Ну, - сказал Тоби, когда молодой еврей принес еду и поставил на стол бутылку.
- За успех дельца!
Провозгласив этот тост, он встал, заботливо положил в угол пустую трубку и, подойдя к столу, наполнил стаканчик водкой и выпил.
Мистер Сайкс последовал его примеру.
- Нужно дать капельку мальчишке, - сказал Тоби, налив рюмку до половины.
- Выпей залпом, невинное созданье.
- Право же, - начал Оливер, жалобно подняв на него глаза, - право же, я...
- Выпей залпом, - повторил Тоби.
- Думаешь, я не знаю, что пойдет тебе на пользу?..
Прикажите ему пить, Билл.
- Пусть лучше выпьет! - сказал Сайкс, похлопывая рукой по карману.
- Провалиться мне в пекло, с ним больше хлопот, чем с целым семейством Плутов!
Пей, чертенок, пей!
Испуганный угрожающими жестами обоих мужчин, Оливер поспешил залпом выпить рюмку и тотчас же сильно закашлялся, что привело в восхищение Тоби Крекита и Барии и даже вызвало улыбку у мрачного мистера Сайкса.
Когда с этим было покончено, а Сайкс утолил голод (Оливера с трудом заставили проглотить корочку хлеба), двое мужчин улеглись на стульях, чтобы немножко вздремнуть.
Оливер остался на своем табурете у камина; Барни, завернувшись в одеяло, растянулся на полу, перед самой каминной решеткой.
Некоторое время они спали или казались спящими; никто не шевельнулся, кроме Барни, который раза два вставал, чтобы подбросить углей в камин.