Возникает вопрос: оправдано ли поведение этих людей, а если не оправдано, то в какое же положение они себя ставят?
Констебль глубокомысленно кивнул головой.
Он сказал, что если это не законный поступок, то хотелось бы ему знать, что же это такое?
- Я вас спрашиваю еще раз, - громовым голосом произнес доктор, - можете ли вы торжественно поклясться, что это тот самый мальчик?
Бритлс нерешительно посмотрел на мистера Джайлса, мистер Джайлс нерешительно посмотрел на Бритлса; констебль поднял руку к уху, чтоб уловить ответ; обе женщины и лудильщик наклонились вперед, чтобы лучше слышать; доктор зорко осматривался кругом, как вдруг у ворот раздался звонок и в то же время послышался стук колес.
- Это полицейские сыщики! - воскликнул Бритлс, по-видимому почувствовав большое облегчение.
- Что такое? - вскричал доктор, который теперь, в свою очередь, пришел в ужас.
- Агенты с Боу-стрит, сэр, - ответил Бритлс, беря свечу. - Мы с мистером Джайлсом послали за ними сегодня утром.
- Послали, вот как!
Так будь же прокляты ваши... ваши здешние кареты - они еле тащатся! - сказал доктор, выходя из кухни.
ГЛАВА XXXI повествует о критическом положении
- Кто там? - спросил Бритлс, приоткрыл дверь и, не сняв цепочки, выглянул, заслоняя рукой свечу.
- Откройте дверь, - отозвался человек, стоявший снаружи. - Это агенты с Боу-стрит, за которыми посылали сегодня.
Совершенно успокоенный этим ответом, Бритлс широко распахнул дверь и увидел перед собой осанистого человека в пальто, который вошел, не говоря больше ни слова, и вытер ноги о циновку с такой невозмутимостью, как будто здесь жил.
- Ну-ка, молодой человек, пошлите кого-нибудь сменить моего приятеля, - сказал агент. - Он остался в двуколке, присматривает за лошадью.
Есть у вас тут каретный сарай, куда бы можно было ее поставить минут на пять - десять?
Когда Бритлс дал утвердительный ответ и указал им строение, осанистый человек вернулся к воротам и помог своему спутнику поставить в сарай двуколку, в то время как Бритлс в полном восторге светил им.
Покончив с этим, они направились в дом и, когда их ввели в гостиную, сняли пальто и шляпы и предстали во всей красе.
Тот, что стучал в дверь, был человеком крепкого сложения, лет пятидесяти, среднего роста, с лоснящимися черными волосами, довольно коротко остриженными, с бакенами, круглой физиономией и зоркими глазами.
Второй был рыжий, костлявый, в сапогах с отворотами; у него было некрасивое лицо и вздернутый, зловещего вида нос.
- Доложите вашему хозяину, что приехали Блетерс и Дафф, слышите? - сказал человек крепкого сложения, приглаживая волосы и кладя на стол пару наручников.
- А, добрый вечер, сударь!
Разрешите сказать вам словечко наедине.
Эти слова были обращены к мистеру Лосберну, входившему в комнату; сей джентльмен, знаком приказав Бритлсу удалиться, ввел обеих леди и закрыл дверь.
- Вот хозяйка дома, - сказал мистер Лосберн, указывая на миссис Мэйли.
Мистер Блетерс поклонился.
Получив приглашение сесть, он положил шляпу на пол и, усевшись, дал знак Даффу последовать его примеру.
Сей джентльмен, который либо был менее привычен к хорошему обществу, либо чувствовал себя в нем менее свободно, уселся после ряда судорожных движений и в замешательстве засунул в рот набалдашник своей трости.
- Теперь займемся этим грабежом, сударь, - сказал Блетерс.
- Каковы обстоятельства дела?
Мистер Лосберн, хотевший, казалось, выиграть время, рассказал о них чрезвычайно подробно и с многочисленными отклонениями.
Господа Блетерс и Дафф имели весьма проницательный вид и изредка обменивались кивками.
- Конечно, я ничего не могу утверждать, пока не увижу место происшествия, - сказал Блетерс, - но сейчас мое мнение, - и в этих пределах я готов раскрыть свои карты, - мое мнение, что это сработано не какой-нибудь деревенщиной. А, Дафф?
- Разумеется, - отозвался Дафф.
- Если перевести этим дамам слово "деревенщина", вы, насколько я понимаю, считаете, что это было совершено не деревенским жителем? - с улыбкой спросил мистер Лосберн.
- Именно, сударь, - ответил Блетерс.
- Больше никаких подробностей о грабеже?
- Никаких, - сказал доктор.
- А что это толкуют слуги о каком-то мальчике? - спросил Блетерс.
- Пустяки, - сказал доктор.
- Один из слуг с перепугу вбил себе в голову, что мальчик имеет какое-то отношение к этим разбойникам. Но это вздор, сущая чепуха.
- А если так, то очень легко с этим разделаться, - заметил доктор.
- Он правильно говорит, - подтвердил Блетерс, одобрительно кивнув головой и небрежно играя наручниками, словно парой кастаньет.
- Кто этот мальчик?
Что он о себе рассказывает?
Откуда он пришел?
Ведь не с неба же он свалился, сударь?
- Конечно, нет, - отозвался доктор, бросив беспокойный взгляд на обеих леди.
- Вся его история мне известна, но об этом мы можем потолковать позднее.
Полагаю, вам сначала хотелось бы увидеть, где воры пытались пробраться в дом?