Теперь, с вашего разрешения, мы, не откладывая, посмотрим на мальчишку, который лежит у вас наверху.
- А не предложить ли им сначала выпить чего-нибудь, миссис Мэйли? - сказал доктор; лицо его прояснилось, словно его осенила какая-то новая мысль.
- Да, конечно! - с жаром подхватила Роз.
- Если хотите, вас сейчас же угостят.
- Благодарю вас, мисс, - сказал Блетерс, проводя рукавом по губам. - Должность у нас такая, что в глотке пересыхает.
Что найдется под рукой, мисс. Не хлопочите из-за нас.
- Чего бы вам хотелось? - спросил доктор, подходя вместе с молодой леди к буфету.
- Капельку спиртного, сударь, если вас не затруднит, - ответил Блетерс.
- По дороге из Лондона мы промерзли, сударыня, а я всегда замечал, что спирт лучше всего согревает.
Это интересное сообщение было обращено к миссис Мэйли, которая выслушала его очень милостиво.
Пока оно излагалось, доктор незаметно выскользнул из комнаты.
- Ах! - произнес мистер Блетерс, беря рюмку не за ножку, а ежимая донышко большим и указательным пальцами и держа ее на уровне груди.
- Мне, сударыня, довелось на своем веку видеть много таких дел.
- Взять хотя бы эту кражу со взломом на проселочной дороге у Эдмонтона, Блетерс, - подсказал мистер Дафф своему коллеге.
- Она напоминает здешнее дельце, правда? - подхватил мистер Блетерс. - Это была работа Проныры Чикуида.
- Вы всегда приписываете это ему, - возразил Дафф.
- А я вам говорю, что это сделал Семейный Пет.
Проныра имел к этому такое же отношение, как и я.
- Бросьте! - перебил мистер Блетерс.
- Мне лучше знать.
А помните, как ограбили самого Проныру?
Вот была потеха.
Лучше всякого романа.
- Как же это случилось? - спросила Роз, желая поддержать доброе расположение духа неприятных гостей.
- Такую кражу, мисс, вряд ли кто мог бы строго осудить, - сказал Блетерс.
- Этот самый Проныра Чикуид...
- Проныра значит хитрец, сударыня, - пояснил Дафф.
- Дамам, конечно, это слово понятно, не так ли?.. - сказал Блетерс.
- Вечно вы меня перебиваете, приятель...
Так вот этот самый Проныра Чикуид держал трактир на Бэтл-бриджской дороге, и был у него погреб, куда заходили молодые джентльмены посмотреть бой петухов, травлю барсуков собаками и прочее. Очень ловко велись эти игры - я их частенько видел.
В ту пору он еще не входил в шайку. И как-то ночью у него украли триста двадцать семь гиней в парусиновом мешке; их стащил среди ночи, у него из спальни, какой-то высокий мужчина с черным пластырем на глазу; мужчина прятался под кроватью, а совершив кражу, выскочил из окна во втором этаже.
Очень он это быстро проделал.
Но и Проныра не мешкал: проснувшись от шума, он вскочил с кровати и выстрелил ему вслед из ружья и разбудил всех по соседству.
Тотчас же бросились в погоню, а когда стали осматриваться, то убедились, что Проныра задел-таки вора: следы крови были видны на довольно большом расстоянии, они вели к изгороди и здесь терялись.
Как бы там ни было, вор удрал с добычей, а фамилия мистера Чикуида, владельца трактира, имевшего патент на продажу спиртного, появилась в "Газете" * среди других банкротов. И тогда затеяли всевозможные подписки и сбор пожертвований для бедняги, который был очень угнетен своей потерей: дня три-четыре бродил по улицам и с таким отчаянием рвал на себе волосы, что многие боялись, как бы он не покончил с собой.
Однажды он впопыхах прибегает в полицейский суд, уединяется для частной беседы с судьей, а тот после долгого разговора звонит в колокольчик, требует к себе Джема Спайерса (Джем был агент расторопный) и приказывает, чтобы он пошел с мистером Чикуидом и помог ему арестовать человека, обокравшего дом.
"Спайерс, - говорит Чикуид, - вчера утром я видел, как он прошел мимо моего дома". -
"Так почему же вы не схватили его за шиворот?" - говорит Спайерс.
"Я был так ошарашен, что мне можно было проломить череп зубочисткой, - отвечает бедняга, - но уж теперь-то мы его поймаем. Между десятью и одиннадцатью вечера он опять прошел мимо дома".
Услыхав это, Спайерс сейчас же сует в карман смену белья и гребень на случай, если придется задержаться дня на два, отправляется в путь и, явившись в трактир, усаживается у окна за маленькой красной занавеской, не снимая шляпы, чтобы в любой момент можно было выбежать.
Здесь он курит трубку до позднего вечера, как вдруг Чикуид ревет:
"Вот он!
Держите вора!
Убивают!"
Спайерс выскакивает на улицу и видит Чикуида, который мчится во всю прыть и кричит.
Спайерс за ним; Чикуид летит вперед; люди оборачиваются; все кричат:
"Воры!" - и сам Чикуид не перестает орать как сумасшедший.
На минутку Спайерс теряет его из виду, когда тот заворачивает за угол, бежит за ним, видит небольшую толпу, ныряет в нее:
"Который из них?" -
"Черт побери, - говорит Чикуид, - опять я его упустил".