— А что он делал?
— Он был в одной рубашке и дрожал от холода.
— Бедный отец!
Ничего, отныне он, слава богу, не будет больше дрожать от холода.
— Почему?
— Потому что я стал важной персоной.
— Ты — важной персоной? — насмешливо переспросила Лиса и громко захихикала.
Ухмыльнулся и Кот. А для того, чтобы это осталось незамеченным, он передней лапой погладил усы.
— Тут нечего смеяться! — рассердился Пиноккио.
— Мне жаль, что вам придется издохнуть от зависти, но вот здесь, если вы что-нибудь смыслите в этих делах, пять великолепных золотых монет.
И он вынул монеты, подаренные ему хозяином кукольного театра.
Услышав сладостный звон золота. Лиса невольным движением выпрямила свою искривленную ногу, а Кот вытаращил оба глаза, которые блеснули, как зеленые огни. Но он тут же закрыл их, так что Пиноккио ровно ничего не заметил.
— А что ты собираешься делать с этими монетами? — спросила Лиса.
— Прежде всего, — ответил Деревянный Человечек, — я куплю своему отцу красивую новую куртку, желательно из золота и серебра, с пуговицами из самоцветных камней. А затем букварь.
— Тебе — букварь?
— Да, мне.
Дело в том, что я хочу пойти в школу и прилежно учиться.
— Посмотри на меня! — сказала Лиса.
— Глупое учение стоило мне одной ноги.
— Погляди на меня! — сказал Кот.
— Глупое учение стоило мне обоих глаз.
В это мгновение сидевший на дереве у края дороги белый дрозд пропел свою обычную песенку и сказал:
— Пиноккио, не слушай, что тебе говорят эти отвратительные подонки, а то наплачешься!
Бедный дрозд!
Лучше бы он промолчал!
Кот сделал гигантский прыжок, схватил его и проглотил одним махом вместе с кожей и перьями, так что дрозд даже не успел произнести «ой».
Сожрав дрозда и облизнувшись. Кот опять закрыл глаза, представляясь слепым, как и раньше.
— Бедный дрозд! — сказал Пиноккио Коту — Почему ты так плохо с ним обошелся?
— Чтобы преподать ему полезный урок.
Он будет знать в следующий раз, что не надо вмешиваться в разговор посторонних.
Они уже прошли полдороги, как вдруг Лиса остановилась и повернулась к Деревянному Человечку:
— Ты хочешь, чтобы у тебя стало вдвое больше золотых монет?
— Что?
— Ты хочешь из пяти несчастных цехинов сделать сто, тысячу, две тысячи?
— Еще бы! Но как?
— Очень просто.
Не ходи домой, а иди с нами, вот и все.
— А куда вы меня поведете?
— В страну Болванию.
Пиноккио с минуту подумал, потом сказал решительно:
— Нет, не пойду.
Я уже близко от дома и пойду домой, где меня ждет отец.
Бедный старик, наверное, страшно беспокоился обо мне вчера, когда я не вернулся домой.
К сожалению, я был непослушным ребенком, и Говорящий Сверчок был, ей-богу, прав, когда сказал: «Непослушным детям худо будет на этом свете!»
Я это испытал на собственной шкуре, так как пережил много бед.
Вот и вчера вечером в доме у Манджафоко я был на краю гибели… Бр-р!..
Меня и сейчас пробирает дрожь, когда я думаю об этом!
— Значит, — сказала Лиса, — ты действительно решил пойти домой? Ну что ж, иди, тем хуже для тебя!
— Тем хуже для тебя! — повторил Кот.
— Обдумай все хорошенько, Пиноккио, ибо ты топчешь свое собственное счастье ногами.