— Мистер Холдер, я слышал, что вы предоставляете ссуды. — Да.
Фирма дает ссуды под надежные гарантии, — отвечал я.
— Мне совершенно необходимы пятьдесят тысяч фунтов стерлингов, и притом немедленно, — заявил он.
— Конечно, такую небольшую сумму я мог бы одолжить у своих друзей, но я предпочитаю сделать этот заем в деловом порядке. И я вынужден сам заниматься этим.
Вы, конечно, понимаете, что человеку моего положения неудобно вмешивать в это дело посторонних.
— Позвольте узнать, на какой срок вам нужны деньги? — осведомился я.
— В будущий понедельник мне вернут крупную сумму денег, и я погашу вашу ссуду с уплатой любого процента.
Но мне крайне важно получить деньги сразу.
— Я был бы счастлив безоговорочно дать вам деньги из своих личных средств, но это довольно крупная сумма, так что придется сделать это от имени фирмы.
Элементарная справедливость по отношению к моему компаньону требует, чтобы я принял меры деловой предосторожности.
— Иначе и быть не может, — сказал он и взял в руки квадратный футляр черного сафьяна, который перед тем положил на стол возле себя.
— Вы, конечно, слышали о знаменитой берилловой диадеме?
— Разумеется. Это — национальное достояние.
— Совершенно верно.
— Он открыл футляр — на мягком розовом бархате красовалось великолепнейшее произведение ювелирного искусства.
— В диадеме тридцать девять крупных бериллов, — сказал он. — Ценность золотой оправы не поддается исчислению.
Самая минимальная ее стоимость вдвое выше нужной мне суммы.
Я готов оставить диадему у вас.
Я взял в руки футляр с драгоценной диадемой и с некоторым колебанием поднял глаза на своего именитого посетителя.
— Вы сомневаетесь в ценности диадемы? — улыбнулся он.
— О, что вы, я сомневаюсь лишь…
--…удобно ли мне оставить эту диадему вам?
Можете не беспокоиться.
Мне эта мысль и в голову не пришла, не будь я абсолютно убежден, что через четыре дня получу диадему обратно.
Пустая формальность!
Ну, а само обеспечение вы считаете удовлетворительным?
— Вполне.
— Вы, разумеется, понимаете, мистер Холдер, что мой поступок — свидетельство глубочайшего доверия, которое я питаю к вам. Это доверие основано на том, что я знаю о вас.
Я рассчитываю на вашу скромность, на то, что вы воздержитесь от каких-либо разговоров о диадеме. Прошу вас также беречь ее особенно тщательно, так как любое повреждение вызовет скандал. Оно повлечет почти такие же катастрофические последствия, как и пропажа диадемы.
В мире больше нет таких бериллов, и, если потеряется хоть один, возместить его будет нечем.
Но я доверяю вам и со спокойной душой оставляю у вас диадему. Я вернусь за нею лично в понедельник утром.
Видя, что мой клиент спешит, я без дальнейших разговоров вызвал кассира и распорядился выдать пятьдесят банковских билетов по тысяче фунтов стерлингов.
Оставшись один и разглядывая драгоценность, лежащую на моем письменном столе, я подумал об огромной ответственности, которую принял на себя.
В случае пропажи диадемы, несомненно, разразится невероятный скандал: ведь она достояние нации!
Я даже начал сожалеть, что впутался в это дело.
Но сейчас уже ничего нельзя было изменить. Я запер диадему в свой личный сейф и вернулся к работе.
Когда настал вечер, я подумал, что было бы опрометчиво оставлять в банке такую драгоценность.
Кому не известны случаи взлома сейфов? А вдруг взломают и мой?
В каком ужасном положении я окажусь, случись такая беда!
И я решил держать диадему при себе.
Затем я вызвал кэб и поехал домой в Стритем с футляром в кармане.
Я не мог успокоиться, пока не поднялся к себе наверх и не запер диадему в бюро в комнате, смежной с моей спальней.
А теперь два слова о людях, живущих в моем доме. Я хочу, чтобы вы, мистер Холмс, полностью ознакомились с положением дел.
Мой конюх и мальчик-слуга — приходящие работники, поэтому о них можно не говорить.
У меня три горничные, работающие уже много лет, и их абсолютная честность не вызывает ни малейшего сомнения.
Четвертая — Люси Парр, официантка, живет у нас только несколько месяцев.
Она поступила с прекрасной рекомендацией и вполне справляется со своей работой.
Люси — хорошенькая девушка, у нее есть поклонники, которые слоняются возле дома.
Это — единственное, что мне не нравится. Впрочем, я считаю ее вполне порядочной девушкой во всех отношениях.
Вот и все, что касается слуг.