Том окликнул этого романтического бродягу:
- Здравствуй, Гекльберри!
- Здравствуй и ты, коли не шутишь.
- Что это у тебя?
- Дохлая кошка.
- Дай-ка поглядеть, Гек.
Вот здорово окоченела!
Где ты ее взял?
- Купил у одного мальчишки.
- А что дал?
- Синий билетик и бычий пузырь; а пузырь я достал на бойне.
- Откуда у тебя синий билетик?
- Купил у Бена Роджерса за палку для обруча.
- Слушай, Гек, а на что годится дохлая кошка?
- На что годится?
Сводить бородавки.
- Ну вот еще!
Я знаю средство получше.
- Знаешь ты, как же!
Говори, какое?
- А гнилая вода.
- Гнилая вода!
Ни черта не стоит твоя гнилая вода.
- Не стоит, по-твоему?
А ты пробовал?
- Нет, я не пробовал.
А вот Боб Таннер пробовал.
- Кто это тебе сказал?
- Как кто? Он сказал Джефу Тэтчеру, а Джеф сказал Джонни Бэккеру, а Джонни сказал Джиму Холлису, а Джим сказал Бену Роджерсу, а Бен сказал одному негру, а негр сказал мне.
Вот как было дело!
- Так что же из этого?
Все они врут.
То есть все, кроме негра.
Его я не знаю, только я в жизни не видывал такого негра, чтобы не врал.
Чушь!
Ты лучше расскажи, как Боб Таннер это делал.
- Известно как: взял да и засунул руки в гнилой пень, где набралась дождевая вода.
- Днем?
- А то когда же еще.
- И ЛИЦОМ К ПНЮ?
- Ну да.
То есть я так думаю.
- Он говорил что-нибудь?
- Нет, кажется, ничего не говорил.
Не знаю.
- Ага!
Ну какой же дурак сводит так бородавки!
Ничего не выйдет.
Надо пойти совсем одному в самую чащу леса, где есть гнилой пень, и ровно в полночь стать к нему спиной, засунуть руку в воду и сказать:
Ячмень, ячмень, рассыпься, индейская еда, Сведи мне бородавки, гнилая вода... - йотом быстро отойти на одиннадцать шагов с закрытыми глазами, повернуться три раза на месте, а после того идти домой и ни с кем не разговаривать: если с кем-нибудь заговоришь, то ничего не подействует.