Его окружала ветхая деревянная ограда, которая местами наклонилась внутрь, а местами - наружу, и нигде не стояла прямо.
Все кладбище сплошь заросло травой и бурьяном.
Старые могилы провалились; ни один могильный камень не стоял, как полагается, на своем месте; изъеденные червями, трухлявые надгробия клонились над могилами, словно ища поддержки и не находя ее.
"Незабвенной памяти такого-то" - было начертано на них когда-то, но теперь почти ни одной надписи нельзя было прочесть даже днем.
Легкий ветерок шумел в ветвях деревьев, а Тому со страху чудилось, будто души мертвых жалуются на то, что их потревожили.
Мальчики разговаривали очень мало, и то шепотом; место, время и торжественная тишина, разлитая над кладбищем, действовали на них угнетающе.
Они скоро нашли свежий холмик земли, который искали, и укрылись за тремя большими вязами, в нескольких шагах от могилы.
Они ждали молча, как им показалось, довольно долго.
Кроме уханья филина где-то вдалеке, ни один звук не нарушал мертвой тишины.
Тому лезли в голову самые мрачные мысли.
Надо было прогнать их разговором.
И потому он прошептал:
- Как ты думаешь, Гекки, мертвецы не обидятся, что мы сюда пришли?
- Я почем знаю.
А страшно как, правда?
- Еще бы не страшно.
Некоторое время длилось молчание: оба мальчика над этим задумались.
Наконец Том прошептал:
- Слушай, Гекки, как ты думаешь, старый хрыч слышит, как мы разговариваем?
- Конечно, слышит.
То есть его душа слышит.
Том, помолчав, прибавил:
- Лучше бы я сказал "мистер Вильяме".
Только я не хотел его обидеть.
Его все звали "старый хрыч".
- Уж если говоришь про этих самых мертвецов, так надо поосторожнее, Том.
После этого Тому не захотелось разговаривать, и они опять замолчали.
Вдруг Том схватил Гека за плечо и прошептал:
- Тес!
- Ты что, Том?
- И оба они с замиранием сердца прижались друг к другу.
- Тес!
Вот опять!
Разве ты не слышишь?
- Я...
- Вот!
Теперь ты слышишь?
- Господи, Том, это они!
Они, это уж верно.
Что теперь делать?
- Не знаю.
Думаешь, они нас увидят?
- Ой, Том, они же видят в темноте, все равно как кошки.
Лучше бы нам не ходить.
- Да ты не бойся.
По-моему, они нас не тронут.
Мы же им ничего не сделали.
Если будем сидеть тихо, они нас, может совсем не заметят.
- Постараюсь не бояться, Том, только, знаешь, я весь дрожу.
- Слушай!