Потом нагнулся, поцеловал сморщенные губы и, ни секунды не медля, на цыпочках вышел из комнаты, опустив за собой щеколду.
Он пустился в обратный путь к перевозу, где в этот час не было ни души, и смело взошел на борт пароходика, зная, что там нет никого, кроме сторожа, да и тот всегда уходит в рубку и спит как убитый.
Он отвязал челнок от кормы, забрался в него и стал осторожно грести против течения.
Немного выше города он начал грести наискось к другому берегу, не жалея сил.
Он угодил как раз к пристани, потому что дело это было для него привычное.
Тему очень хотелось захватить челнок в плен, потому что его можно было считать кораблем и, следовательно, законной добычей пиратов, однако он знал, что искать его будут везде и, пожалуй, могут наткнуться на самих пиратов.
И он выбрался на берег и вошел в лес.
Там он сел на траву и долго отдыхал, мучительно силясь побороть сон, а потом через силу побрел к лагерю.
Ночь была на исходе.
Прежде чем он поравнялся с отмелью, совсем рассвело.
Он отдыхал, пока солнце не поднялось высоко и не позолотило большую реку во всем ее великолепии, и только тогда вошел в воду.
Спустя немного времени он уже стоял, весь мокрый, на границе лагеря и слышал, как Джо говорил Геку:
- Нет, Том не подведет, он непременно вернется, Гек.
Он не сбежит.
Он же понимает, что это был бы позор для пирата, и ни за что не останется, хотя бы из гордости.
Он, верно, чтонибудь затеял.
Хотелось бы знать, что у него на уме.
- Ну, ладно, его вещи-то теперь, во всяком случае, наши?
- Вроде того, только не совсем, Гек.
В записке сказано, что они наши, если Том не вернется к завтраку.
- А он вернулся! - воскликнул Том и, прекрасно разыграв эту драматическую сцену, торжественно вступил в лагерь.
Скоро был подан роскошный завтрак - рыба с грудинкой; и, как только они уселись за еду. Том пустился рассказывать о своих приключениях, безбожно их прикрашивая.
Наслушавшись его, мальчики и сами принялись задирать нос и хвастать напропалую.
После этого Том выбрал себе тенистый уголок и залег спать до полудня, а остальные пираты отправились ловить рыб у и исследовать остров.
ГЛАВА XVI
После обеда вся шайка отправилась на отмель за черепашьими яйцами.
Мальчики расхаживали по отмели, тыча палками в песок, и, когда попадалось рыхлое место, опускались на колени и копали песок руками.
Иногда они находили по пятьдесят - шестьдесят яиц в одной ямке.
Яйца были совсем круглые, белые, чуть поменьше грецкого ореха.
В этот вечер мальчики устроили знатный пир - наелись до отвала яичницы, и в пятницу утром тоже.
После завтрака они с воплями носились взад и вперед по отмели, гонялись друг за другом, сбрасывая на бегу платье, пока не разделись совсем, потом побежали далеко в воду, покрывавшую отмель; быстрое течение то и дело сбивало их с ног, но от этого становилось только веселее.
Они то нагибались все разом и начинали плескать друг в друга водой, отворачивая только лицо, чтобы можно было вздохнуть, то принимались бороться и возились до тех пор, пока победитель не окунал остальных с головой, и вдруг все разом уходили под воду, мелькая на солнце клубком белых рук и ног, а потом опять всплывали на поверхность, отфыркиваясь, отплевываясь, хохоча и задыхаясь.
Выбившись из сил от возни, они вылезали на берег, растягивались на сухом, горячем песке и зарывались в него, а потом опять бежали к воде, и все начиналось снова.
Вдруг им пришло в голову, что собственная кожа вполне сойдет за телесного цвета трико; они очертили на песке арену и устроили цирк - с тремя клоунами, потому что никто не хотел уступать эту почетную должность другому.
Потом они достали шарики и стали играть в них - и играли до тех пор, пока и это развлечение не наскучило.
После этого Джо с Геком опять пошли купаться, а Том не захотел, так как обнаружил, что, сбрасывая штаны, сбросил вместе с ними и трещотку гремучей змеи, привязанную к ноге; он только подивился, как это его до сих пор не схватила судорога без этого чудодейственного амулета.
Купаться он не отваживался, пока опять не нашел трещотку, а к этому времени Джо с Геком уже устали и решили отдохнуть.
Мало-помалу они разбрелись в разные стороны, впали в уныние и с тоской поглядывали за широкую реку - туда, где дремал на солнце маленький городок.
Том спохватился, что пишет на песке "Бекки" большим пальцем ноги; он стер написанное и рассердился на себя за такую слабость.
Но он не в силах был удержаться и снова написал то же самое; потом опять затер это слово ногой и ушел подальше от искушения, собирать остальных пиратов.
Однако Джо совсем упал духом, и оживить его было невозможно.
Он так соскучился по дому, что не знал, куда деваться от тоски.
Слезы вот-вот готовы были хлынуть рекой.
Гек тоже приуныл.
У Тома на сердце скребли кошки, но он изо всех сил старался этого не показывать.
У него имелся один секрет, о котором он пока что не хотел говорить, но если это мятежное настроение не пройдет само собой, то придется открыть им свою тайну.
Он сказал, стараясь казаться как можно веселее:
- А ведь, должно быть, на этом острове и до нас с вами жили пираты.
Мы его опять исследуем.
Где-нибудь здесь, наверно, зарыт клад.