"Кто угодно, только бы не этот мальчишка! - думал Том, скрежеща зубами.
- Кто угодно в городе, только не этот франт из Сент-Луи. Туда же, воображает, что он аристократ, оттого что одет с иголочки!
Ну погоди, любезный, я тебя поколотил в первый же день и еще поколочу!
Дай только добраться!
Вот как возьму да... " И Том принялся колотить воображаемого врага - лупил по воздуху кулаками, замахивался и лягался.
"Ах, ты вот как?
Проси сейчас же пощады!
Ну, так тебе и надо, вперед наука! " И воображаемое побоище закончилось к полному его удовольствию.
Том сбежал домой в большую перемену.
Совесть не позволяла ему больше смотреть на простодушную радость Эми, а ревность стала невыносимой.
Бекки опять села рассматривать картинки вместе с Альфредом, но время шло, Том больше не появлялся и мучить было некого, и потому ее торжество поблекло и потеряло дня нее всякий интерес; явилась рассеянность, скука, а там и тоска; два-три раза она настораживалась, прислушиваясь к чьим-то шагам, но это была ложная надежда - Том все не приходил.
Наконец она совсем приуныла и начала жалеть, что завела дело так далеко.
Бедняга Альфред, который видел, что ей с ним скучно, хотя и не понимал почему, все не унимался:
- Глядите, какая картинка! А эта еще лучше! Наконец Бекки не выдержала:
- Ах, отстаньте, пожалуйста!
Не нужны мне ваши картинки! - Она расплакалась, вскочила и убежала от него.
Альфред поплелся за ней и собирался было пристать с утешениями, но она сказала:
- Да уйдите же, оставьте меня в покое!
Я вас терпеть не могу!
И мальчик растерянно остановился, не понимая, что же он такого сделал, когда она сама сказала, что будет всю большую перемену смотреть с ним картинки, а теперь с плачем убежала от него.
Альфред, не зная, что и думать, побрел обратно в пустую школу.
Он рассердился и обиделся.
Докопаться до правды было нетрудно: Бекки просто воспользовалась им, чтобы досадить Тому Сойеру.
Когда он об этом догадался, то еще больше возненавидел Тома.
Ему захотелось как-нибудь насолить Тому, не подвергая себя риску.
Учебник Тома попался ему на глаза.
Случай был удобный.
Он с радостью открыл книжку на той странице, где был заданный урок, и залил ее чернилами.
Бекки заглянула в эту минуту в окно и увидела, что он делает, но прошла мимо, не сказав Альфреду ни слова.
Она ушла домой: ей хотелось разыскать Тома и все рассказать ему. Том, конечно, будет ей благодарен, и они с ним помирятся.
Однако на полдороге Бекки передумала.
Она вспомнила, как Том обошелся с ней, когда она рассказывала про пикник, и от обиды ее обожгло словно огнем.
Она решила не выручать Тома, а кроме того, возненавидеть его навеки. Пускай его накажут за испорченный учебник.
ГЛАВА XIX
Том вернулся домой в очень мрачном настроении, но первые же слова тетки показали ему, что он явился со своими горестями в самое неподходящее место:
- Том, выдрать бы тебя как следует!
- Тетечка, что же я такого сделал?
- Да уж наделал довольно!
А я-то, старая дура, бегу к Сирини Гарпер, - думаю, сейчас она поверит в этот твой дурацкий сон. И нате вам, пожалуйста! Она, оказывается, узнала у Джо, что ты здесь был в тот вечер и слышал все наши "разговоры.
Не знаю даже, что может выйти из мальчика, который так себя ведет.
Мне просто думать противно: как это ты мог допустить, чтобы я пошла к миссис Гарпер и разыграла из себя такую идиотку, и ни слова не сказал!
Теперь все дело представилось в ином свете.
До сих пор утренняя выдумка казалась Тому очень ловкой шуткой, поистине находкой.
А теперь это выглядело очень убого и некрасиво.
Том повесил голову и с минуту не мог ничего придумать себе в оправдание.
Потом сказал:
- Тетечка, мне очень жалко, что я это сделал, я как-то не подумал.
- Ах, милый, ты никогда не думаешь.
Ты никогда ни о чем не думаешь, только о себе самом.
Ты вот не задумался проплыть такую даль с острова, ночью, только для того, чтобы посмеяться над нашим горем, не задумался оставить меня в дурах, сочинив этот сон; а вот пожалеть нас и избавить от лишних слез тебе и в голову не пришло.