- Что?
Что нашли?
- Виски, и теперь трактир закрыли.
Ложись, милый, как ты меня напугал!
- Скажите мне только одно, только одно, пожалуйста!
Кто нашел - Том Сойер?
Вдова залилась слезами.
- Тише, милый, тише!
Ты же знаешь, что тебе нельзя разговаривать!
Ты очень, очень болен!
"Так, значит, не нашли ничего, кроме виски. Небось, если б нашли золото, подняли бы шум на весь город.
Выходит, что клад пропал, пропал навсегда!
О чем же она все-таки плачет?
Интересно, с чего бы ей плакать?"
Эти мысли смутно бродили в голове Гека, и, устав думать, он заснул.
Вдова сказала себе:
"Ну, вот он и уснул, бедный.
"Том Сойер нашел"!
Хорошо, если бы кто-нибудь нашел Тома Сойера!
Ах, уж немного осталось таких, кто еще надеется его найти и у кого хватает сил искать дальше!"
ГЛАВА XXXI
Теперь вернемся к Тому и Бекки и посмотрим, что они делали на пикнике.
Они шли вместе со всей компанией по темным коридорам, осматривая уже знакомые чудеса пещеры, чудеса, носившие очень пышные названия:
"Гостиная",
"Собор",
"Дворец Аладдина" и т.д.
Скоро началась веселая игра в прятки, и Том с Бекки тоже увлеклись ею и играли до тех пор, пока не устали немножко. Тогда они спустились по извилистой галерее, держа свечи над головой и разбирая путаный узор имен, чисел, адресов и девизов, которые были выведены копотью на каменистых стенах.
Так они шли все дальше и дальше и за разговором не заметили, что находятся уже в той части пещеры, где на стенах нет никаких надписей.
Они тоже вывели свои имена копотью на выступе стены и двинулись дальше.
Скоро им попалось такое место, где маленький ручеек, падая со скалы, мало-помалу осаждал известь и в течение столетий образовал целую кружевную Ниагару из блестящего и прочного камня.
Том протиснулся туда своим худеньким телом и осветил водопад, чтобы доставить Бекки удовольствие.
За водопадом он нашел крутую естественную лестницу в узком проходе между двумя стенами, и им сразу овладела страсть к открытиям.
Он позвал Бекки, и, сделав копотью знак, чтобы не заблудиться, они отправились на разведку.
Они долго шли по этому коридору, поворачивая то вправо, то влево, и, забираясь все глубже и глубже под землю в тайники пещеры, сделали еще одну пометку, свернули в сторону в поисках нового и невиданного, о чем можно было бы рассказать наверху.
В одном месте они набрели на обширную пещеру, где с потолка свисало много сталактитов, длинных и толстых, как человеческая нога; Том и Бекки обошли ее кругом, восторгаясь и ахая, и вышли по одному из множества боковых коридоров.
По этому коридору они скоро пришли к прелестному роднику, выложенному сверкающими, словно иней, кристаллами; этот родник находился посреди пещеры, стены которой поддерживало множество фантастических колонн, образовавшихся из сталактитов и сталагмитов, слившихся от постоянного падения воды в течение столетий.
Под сводами пещеры, сцепившись клубками, висели летучие мыши, по тысяче в каждом клубке; потревоженные светом, сотни мышей слетели вниз и с писком стали яростно бросаться на свечи.
Том знал повадки летучих мышей и понимал, как они могут быть опасны.
Он схватил Бекки за руку и потащил ее в первый попавшийся коридор; это было как раз вовремя, потому что летучая мышь загасила крылом свечу Бекки в ту минуту, как она выбегала из пещеры.
Летучие мыши гнались за детьми довольно долго, но беглецы то и дело сворачивали в новые коридоры, попадавшиеся им навстречу, и наконец избавились от этих опасных тварей.
Вскоре Том нашел подземное озеро, которое, тускло поблескивая, уходило куда-то вдаль, так что его очертания терялись во мгле.
Ему захотелось исследовать берега озера, но он решил, что сначала лучше будет посидеть и отдохнуть немножко.
Тут в первый раз гнетущее безмолвие пещеры наложило на них свою холодную руку.
- А я сначала и не заметила, но, кажется, мы уж очень давно не слышим ничьих голосов.
- Подумай сама, Бекки, ведь мы очень глубоко под ними, - Да еще, может быть, гораздо дальше к северу, или к югу, или к востоку, или куда бы то ни было.
Отсюда мы и не можем их слышать.
Бекки забеспокоилась.
- А долго мы пробыли тут внизу, Том?
Не лучше ли нам вернуться?
- Да, конечно, лучше вернуться.