Может быть, они остаются в кабинете, потому что это необходимо!
Неизвестно, что на уме у призрака!
Но Мерсье покачал головой:
— Я все равно пойду.
Если бы меня послушали, полиции давно уже было бы все известно.
— И он ушел.
— Что он имеет в виду? — удивленно спросил Реми.
— О чем это нужно было рассказать полиции?
Вы не отвечаете, Габриэль, значит, вы тоже с ним заодно.
Вам лучше рассказать мне обо всем, если не хотите, чтобы я объявил, что вы все посходили с ума!
Да, с ума!
Габриэль недоуменно взглянул на Реми, притворившись, что озадачен его непристойным возмущением.
— Сказать о чем?
Я не понимаю, что вы имеете в виду.
— Во время антракта сегодня, здесь, — продолжал Реми раздраженно, — Ришар и Мушармен вели себя как помешанные!
— Я не заметил, — с досадой отозвался Габриэль.
— Тогда вы единственный, кто не заметил этого?
Вы думаете, я их не видел?
И что мсье Парабис, управляющий «Кредит Сентраль», ничего не видел?
И что у посла де ла Бордери глаза были закрыты?
— А что случилось с нашими директорами? — просто г душно спросил Габриэль.
— Что случилось с ними?
Вы лучше чем кто-либо другой знаете, что они сделали!
Вы и Мерсье присутствовали там!
Вы были единственными, кто не смеялся!
— Я не понимаю.
— С бесстрастным лицом Габриэль поднял руки и опустил их — жест, который, очевидно, должен был дать понять, что он не заинтересован в этом деле.
Реми продолжал:
— Что это за новая мания у них? Теперь они не позволяют, чтобы кто-нибудь близко подходил к ним, — Что? Они не позволяют приближаться к ним?
— Да, они не позволяют никому ни приближаться, ни прикасаться к ним.
— В самом деле?
Вы заметили, что они не позволяют никому прикасаться к ним?
Это, несомненно, странно!
— Я рад, что вы признаете это.
Пора бы.
Они ходят задом!
— Задом?
Вы заметили, что наши импресарио ходят задом наперед?
Я думал, только раки передвигаются таким образом.
— Не шутите, Габриэль!
— Я не шучу, — запротестовал Габриэль, глядя серьезно, как судья.
— Вы их близкий друг, Габриэль, может быть, вы сможете объяснить это мне: во время антракта после сцены в саду, когда я подошел к Ришару, чтобы пожать ему руку, Мушармен быстро прошептал мне:
«Уходите!
Уходите!
Что бы то ни было, не прикасайтесь к нему!»
Они, что же, думают, у меня чума?
— Невероятно!
— И немного позже, когда посол де ла Бордери тоже подошел к Ришару, вы, вероятно, видели, как Мушармен встал между ними и громко сказал:
«Пожалуйста, мсье, не прикасайтесь к мсье Ришару!»
— Поразительно!