Вопрос остается открытым.
Виви (резко).
Мой отказ окончательный.
Я не передумаю.
На Крофтса ее отказ не производит никакого впечатления.
Он ухмыляется; поставив локти на колени, наклоняется вперед, тычет палкой в какую-то несчастную букашку и хитрым взглядом смотрит на Виви.
Она в раздражении отворачивается.
Крофтс.
Я гораздо старше вас, на двадцать пять лет, – это четверть столетия.
Я не собираюсь жить вечно и позабочусь о том, чтобы вы были обеспечены после моей смерти.
Виви.
Меня и это не соблазняет, сэр Джордж.
Не лучше ли вам примириться с моим ответом?
Нет ни малейшей надежды, чтобы я его изменила.
Крофтс (встает, сшибает палкой маргаритку и начинает прохаживаться взад и вперед). Что ж, не беда.
Я бы мог сообщить вам кое-что, и вы мигом передумали бы. Но не хочу; я предпочитаю честно добиваться вашего расположения.
Я был верным другом вашей матери, спросите ее сами.
Если б не мои советы и помощь, она бы никогда не нажила тех денег, которые пошли на ваше образование, не говоря уж о деньгах, которыми я ссудил ее.
Немного сыщется людей, которые поддержали бы ее, как я.
Я вложил в это дело не меньше сорока тысяч фунтов.
Виви (смотрит на него в изумлении). Вы хотите сказать, что вы были компаньоном моей матери?
Крофтс.
Да.
Теперь подумайте сами, от скольких объяснений и хлопот мы избавились бы, если бы все это осталось, так сказать, в кругу семьи.
Спросите вашу матушку, захочет ли она рассказать обо всех своих делах постороннему человеку?
Виви.
Не вижу, в чем тут затруднение. Насколько я понимаю, дело ликвидировано и капитал положен в банк.
Крофтс (остолбенев от изумления). Ликвидировано!
Ликвидировать дело, которое дает тридцать пять процентов прибыли в самый плохой год!
С какой же стати?
Кто это вам сказал?
Виви (меняясь в лице). Вы хотите сказать, что оно все еще… (Резко обрывает фразу и хватается за солнечные часы, чтобы не упасть.
Потом быстрыми шагами идет к стулу и садится.) О каком деле вы говорите?
Крофтс.
Собственно говоря, это дело не такое, чтобы оно могло считаться… ну, первоклассным, что ли, в моем кругу… в нашем кругу, если вы со временем передумаете насчет моего предложения.
Не то чтобы тут была какая-нибудь тайна, – не думайте, нет.
Вы, разумеется, и сами понимаете: раз в нем принимает участие ваша мать, то в этом деле нет решительно ничего сомнительного, нечестного.
Я ее знаю много лет и могу сказать, что она скорее руку себе отрубит, чем возьмется за что-нибудь подозрительное.
Да я вам расскажу, если хотите.
Не знаю, случалось ли вам замечать, путешествуя за границей, как трудно найти действительно удобный пансион…
Виви (с отвращением, глядя в сторону). Да, продолжайте, пожалуйста.
Крофтс.
Ну вот, в этом-то и вся суть.
А ваша матушка – прекрасный организатор.
У нас два пансиона в Брюсселе, один в Берлине, один в Вене и два в Будапеште.
Разумеется, кроме нас, участвуют и другие, но в наших руках большая часть капитала, а ваша матушка незаменима как директор предприятия.
Вы, я думаю, обратили внимание, что она почти все время в разъездах.
Но об этом, понимаете ли, лучше не говорить в обществе.
Скажи только слово «пансион», и пойдут слухи, что ты содержишь кабак.
Вы же не захотите, чтобы о вашей матери ходили такие слухи, правда?