– Рычите вы совсем по-волчьи.
С шумом выдохнув, Макмерфи поворачивается к острым, которые обступили его кольцом.
– Слушайте, вы.
Что с вами, черт возьми?
Неужто вы такие ненормальные, что считаете себя животными?
– Нет, – говорит Чесвик и становится рядом с Макмерфи. – Я – нет.
Я не кролик, елки-палки.
– Молодец, Чесвик.
А вы, остальные? Кончайте это дело.
Посмотрите на себя, до того договорились, что бегаете от пятидесятилетней бабы.
Да что она с вами сделает?
– Да, что? – Говорит Чесвик и свирепо оглядывает остальных.
– Высечь вас кнутом она не может.
Каленым железом жечь не может.
На дыбу вздернуть не может.
Теперь на этот счет есть законы – не средние века.
Да ничего она с вами не…
– Т-т-ты видел, что она м-м-может сделать!
С-с-сегодня на собрании. – Билли Биббит сбросил кроличью шкуру.
Он наклоняется к Макмерфи, хочет сказать еще что-то, на губах у него слюна, лицо красное.
Потом поворачивается и отходит. – А-а, б-б-бесполезно.
Лучше п-п-покончить с собой.
Макмерфи кричит ему вслед:
– На собрании?
Что я видел на собрании?
Ни черта я не видел, задала пару вопросов, да и вопросы-то легкие, вежливенькие.
Вопросом кость не перебьешь, не палка и не камень.
Билли оборачивается.
– Но к-к-как она их задает…
– Ты ведь отвечать не обязан?
– Если н-н-не ответишь, она улыбнется, сделает з-заметку в книжечке, а потом… Потом…
К Билли подходит Сканлон.
– Если не отвечаешь на ее вопросы, мак, этим самым ты признался.
Вот так же тебя давят правительственные гады.
И ничего не сделаешь.
Единственное, что можно – взорвать, к свиньям, все это хозяйство… Все взорвать.
– Ладно, она задает тебе вопрос – почему ты не пошлешь ее к черту?
– Да, – говорит Чесвик и грозит кулаком, – пошли ее к черту.
– Ну и что с того, мак?
Тогда она тебе:
«Почему вас так расстроил именно этот вопрос, пациент Макмерфи?»
– А ты опять пошли ее к черту.
Всех пошли к черту.
Тебя же пока не бьют.
Острые столпились вокруг него.
Теперь отвечает Фредриксон:
– Ладно, послал ее, а тебя запишут в потенциально агрессивные и отправят наверх в буйное отделение.
Со мной так было.
Три раза.
Этих несчастных дураков даже в кино по воскресеньям не водят.