Было известно, что люди, перенесшие эпилептический припадок, на время успокаиваются и утихают, а буйные индивиды, совершенно не способные к контакту, после судорог могут вести разумный разговор.
Никто не знал почему; и до сих пор не знают.
Но было ясно, что если вызвать припадок у неэпилептика, результаты могут быть самые благоприятные.
И вот перед ними стоял человек, то и дело вызывавший судороги с замечательным апломбом.
– Я думал, там работают кувалдой, а не бомбой, – говорит Сканлон. Хардинг говорит в ответ, что оставляет его слова без внимания, и продолжает рассказ:
– Боец работает молотом.
И вот здесь у коллеги возникли некоторые сомнения.
Как-никак, человек не корова.
Кто его знает, вдруг молот скользнет и сломает нос?
А то и выбьет все зубы?
Куда же им тогда деться при таких высоких ценах на протезирование?
Если надо бить человека по голове, нужно что-то более надежное и точное, чем кувалда, и они остановились на электричестве.
– Черт, а они не подумали, что могут навредить?
Неужто публика не подняла шум?
– Кажется, вы не вполне понимаете публику, мой друг; у нас в стране, когда что-то не в порядке, самый лучший способ исправления – это самый быстрый способ.
Макмерфи трясет головой.
– Ну и ну!
Электричеством в голову.
Это вроде электрического стула за убийство.
– По задачам эти два мероприятия более родственны, чем вам кажется; и то и другое – лечение.
– Ты говоришь, не больно?
– Я лично это гарантирую.
Совершенно безболезненно.
Один удар – и вы сразу теряете сознание.
Ни газа, ни иглы, ни кувалды.
Абсолютно безболезненно.
Но дело в том, что второго раза никто не хочет.
Ты… Меняешься.
Забываешь.
Это как если бы… – Он прижимает ладони к вискам, зажмуривает глаза. – Как если бы удар запускал дикую рулетку образов, чувств, воспоминаний.
Эти рулетки ты видел на разъездных аттракционах; мошенник берет у тебя деньги и нажимает кнопку.
Дзинь!
Загорелась, зажужжала, цифры кружатся и кружатся вихрем, и та, что выпадет тебе, может выиграть, а может и не выиграть, и тогда играй снова.
Плати ему за новую попытку, сынок, плати ему.
– Охолони, Хардинг.
Открывается дверь, выезжает каталка с человеком, накрытым простыней, и техники уходят пить кофе. Макмерфи взъерошивает волосы.
– Что-то не укладываются у меня в голове эти дела.
– Какие?
Лечение шоком?
– Ага.
Нет. Не только это.
А все… – Он делает круговое движение рукой. – Все, что здесь творится.
Хардинг трогает Макмерфи за колено.
– Мой друг, усталому уму дай отдых.
Вероятнее всего, тебе не стоит опасаться электрошока.
Он почти вышел из моды и, подобно лоботомии, используется только в крайних случаях, когда не помогают остальные средства.
– Так, а лоботомия – это когда вырезают кусочки мозга?
– И опять ты совершенно прав.
Ты очень поднаторел в жаргоне.
Да, вырезают из мозга.