– Я не то хотел рассказать.
Не могу, все рассказать не умею.
Смысла не получается.
– Я не сказал, вождь, что смысла не получается, я сказал, что это дичь.
Потом он надолго замолчал, и я решил, что он спит.
Надо было сказать ему спокойной ночи.
Я посмотрел на него, он лежал ко мне спиной.
Руку он не спрятал под покрывало, и я различал в темноте наколотые на ней тузы и восьмерки.
Большая, подумал я, и у меня, когда играл в футбол, были такие же большие руки.
Хотелось прикоснуться к ней, потрогать наколку, увериться, что он еще жив.
Ужасно тихо лежит, говорил я себе, надо потрогать его, жив ли еще…
Неправда это.
Знаю, что еще живой.
Не потому охота потрогать.
Охота потрогать, потому что он человек.
И это неправда.
Тут кругом люди.
Мог бы их потрогать.
Охота потрогать его, потому что я тоже, ну, известно кто… Пед!
Но и это неправда.
Это один страх за другой прячется.
Если бы я был из них, я бы и другого от него хотел.
Охота потрогать просто потому, что он – это он.
Но только я хотел протянуть руку, он сказал:
– Слушай, вождь, – и повернулся ко мне лицом, вздыбив покрывало, – слушай, вождь, а может, и тебе поехать завтра с нами на рыбалку?
Я не ответил.
– Ну как, поехали?
Я чувствую, прокатимся будь здоров.
Знаешь, две мои тетки нас заберут?
Никакие они мне не тетки – веселые девочки, познакомился с ними в Портленде.
Ну, что скажешь?
В конце концов пришлось сознаться, что я неимущий больной.
– Как?
– Денег нет.
– А-а, – сказал он. – Да, об этом я не подумал.
Он опять замолчал и только тер шрам на носу пальцем.
Палец остановился.
Макмерфи приподнялся на локте и посмотрел на меня.
– Вождь, – медленно сказал он, измерив меня взглядом, – когда ты был в своих габаритах, когда в тебе было два метра или два с сантиметрами и сто двадцать, сто тридцать весу, ты бы смог поднять, например, такую штуку, как пульт в ванной?
Я припомнил, каков этот пульт.
Вряд ли он весил намного больше, чем бочки с маслом, которые я таскал в армии.
Я сказал ему, что раньше, наверно, поднял бы.
– А если бы опять стал таким же большим, поднял бы?
Я сказал ему: – Думаю, да.
– Плевать мне, что ты думаешь, я спрашиваю: обещаешь поднять, если я сделаю тебя таким же большим, как раньше?
Обещай, и будешь не только получать у меня бесплатно специальные атлетические уроки, но и на рыбалку поедешь бесплатно, никаких десяти долларов! – Он облизнул губы и лег. – И шансы у меня неплохие, ей-богу.
Он лежал и посмеивался про себя.
Потом я спросил, как он собирается снова сделать меня большим, а он приложил к губам палец.
– Браток, этот секрет нам нельзя выдавать.
Я же не обещал тебе сказать как, правильно?