Эрнест Хемингуэй Во весь экран Прощай, оружие (1929)

Приостановить аудио

«Гранд-отель» был открыт, и «Дез'иль-Борроме», и несколько маленьких отелей, которые не закрывались круглый год.

Я пошел под дождем к «Дез'иль-Борроме», с чемоданом в руке.

Я увидел проезжавший по улице экипаж и сделал знак кучеру.

Лучше было приехать в экипаже.

Мы подкатили к подъезду большого отеля, и портье вышел навстречу с зонтиком и был очень вежлив.

Я выбрал хороший номер.

Он был большой и светлый, с видом на озеро.

Над озером низко нависли тучи, но я знал, что при солнечном свете оно очень красиво.

Я оказал, что ожидаю свою жену.

В номере стояла большая двуспальная кровать, letto matrimoniale [супружеское ложе (итал.)], с атласным одеялом.

Это был очень шикарный отель.

Я прошел по длинному коридору и потом по широкой лестнице спустился в бар.

Бармен был мой старый знакомый, и я сидел на высоком табурете и ел соленый миндаль и хрустящий картофель.

Мартини был холодный и чистый на вкус.

– Что вы здесь делаете, in borghese? [в штатском (итал.)] – спросил бармен, смешивая мне второй мартини.

– Я в отпуску.

Получил отпуск для поправления здоровья.

– Здесь сейчас пусто.

Не знаю, почему не закрывают отель.

– Как ваша рыбная ловля?

– Я поймал несколько великолепных форелей.

В это время года часто попадаются великолепные форели.

– Вы получили табак, который я вам послал?

– Да.

А вы не получили моей открытки?

Я засмеялся.

Мне не удалось достать ему этот табак.

Речь шла об американском трубочном табаке, но мои родные перестали посылать его, или его где-нибудь задерживали.

Во всяком случае, я его больше не получал.

– Я вам достану где-нибудь, – сказал я. – Скажите, вы не встречали в городе двух молодых англичанок?

Они приехали позавчера.

– У нас в отеле таких нет.

– Они сестры из военного госпиталя.

– Двух сестер милосердия я видел.

Погодите минуту, я узнаю, где они остановились.

– Одна из них – моя жена.

Я приехал сюда, чтобы встретиться с ней.

– А другая – моя жена.

– Я не шучу.

– Простите за глупую шутку, – сказал он. – Я не понял.

Он вышел и довольно долго не возвращался.

Я ел маслины, соленый миндаль и хрустящий картофель и в зеркале позади стойки видел себя в штатском.

Наконец бармен вернулся.

– Они в маленьком отеле возле вокзала, – сказал он.

– А что, сандвичи у вас есть?

– Я сейчас позвоню.

Тут, видите ли, ничего нет, потому что нет народу.

– У вас совсем пусто?

– Ну, кое-кто есть, конечно.

Принесли сандвичи, и я съел три штуки и выпил еще мартини.