– Хочешь есть?
Она хотела есть.
Я тоже хотел, и мы поели в кровати, при ноябрьском солнце, светившем в окно, поставив поднос с тарелками к себе на колени.
– А ты не хочешь прочесть газету?
Ты всегда читал газету в госпитале.
– Нет, – сказал я. – Теперь я не хочу.
– Так скверно было, что ты не хочешь даже читать об этом?
– Я не хочу читать об этом.
– Как жаль, что я не была с тобой, я бы тоже все это знала.
– Я расскажу тебе, если когда-нибудь это уляжется у меня в голове.
– А тебя не арестуют, если встретят не в военной форме?
– Меня, вероятно, расстреляют.
– Тогда мы не должны здесь оставаться.
Мы уедем за границу.
– Я уже об этом подумывал.
– Мы уедем.
Милый, ты не должен рисковать зря.
Скажи мне, как ты попал из Местре в Милан?
– Я приехал поездом.
Я тогда еще был в военной форме.
– А это не было опасно?
– Не очень.
У меня был старый литер.
В Местре я исправил на лези число.
– Милый, тебя тут каждую минуту могут арестовать.
Я не хочу.
Как можно делать такие глупости.
Что будет с нами, если тебя заберут?
– Не будем думать об этом.
Я устал думать об этою.
– Что ты сделаешь, если придут тебя арестовать?
– Буду стрелять.
– Вот видишь, какой ты глупый. Я тебя не выпущу из отеля, пока мы не уедем отсюда.
– Куда нам ехать?
– Пожалуйста, не будь таким, милый.
Поедем туда, куда ты захочешь.
Но только придумай такое место, чтоб можно было ехать сейчас же.
– В том конце озера – Швейцария, можно поехать туда.
– Вот и чудесно.
Снова собрались тучи, и озеро потемнело.
– Если б не нужно было всегда жить преступником, – сказал я.
– Милый, не будь таким.
Давно ли ты живешь преступником?
И мы не будем жить преступниками.
У нас будет чудесная жизнь.
– Я чувствую себя преступником.
Я дезертировал из армии.
– Милый, ну пожалуйста, будь благоразумен.
Ты вовсе не дезертировал из армии.
Это ведь только итальянская армия.