– Жаль, я не могу поехать с вами вместе, все вам показать, – сказал лейтенант.
– Когда будете возвращаться, привезите граммофон.
– Привезите хороших оперных пластинок.
– Привезите Карузо.
– Карузо не привозите.
Он воет.
– Попробуйте вы так повыть!
– Он воет.
Говорю вам, он воет.
– Мне бы хотелось, чтоб вы побывали в Абруццах, – сказал священник.
Все остальные шумели. – Там хорошая охота.
Народ у нас славный, и зима хоть холодная, но ясная и сухая.
Вы могли бы пожить у моих родных.
Мой отец страстный охотник.
– Ну, пошли, – сказал капитан. – Мы идти в бордель, а то закроют.
– Спокойной ночи, – сказал я священнику.
– Спокойной ночи, – сказал он.
Глава третья
Когда я возвратился из отпуска, мы все еще стояли в том же городе.
В окрестностях было теперь гораздо больше артиллерии, и уже наступила весна.
Поля были зеленые, и на лозах были маленькие зеленые побеги; на деревьях у дороги появились маленькие листочки, и с моря тянул ветерок.
Я увидел город, и холм, и старый замок на уступе холма, а дальше горы, бурые горы, чуть тронутые зеленью на склонах.
В городке стало больше орудий, открылось несколько новых госпиталей, на улицах встречались англичане, иногда англичанки, и от обстрела пострадало еще несколько домов.
Было тепло, пахло весной, и я прошел по обсаженной деревьями улице, теплой от солнца, лучи которого падали на стену, и увидел, что мы занимаем все тот же дом и что ничего как будто не изменилось за это время.
Дверь была открыта, на скамейке у стены сидел на солнце солдат, санитарная машина ожидала у бокового входа, а за дверьми меня встретил запах каменных полов и больницы.
Ничего не изменилось, только теперь была весна.
Я заглянул в дверь большой комнаты и увидел, что майор сидит за столом, окно раскрыто и солнце светит в комнату.
Он не видел меня, и я не знал, явиться ли мне с рапортом или сначала пойти наверх и почиститься.
Я решил пойти наверх.
Комната, которую я делил с лейтенантом Ринальди, выходила во двор.
Окно было распахнуто, моя кровать была застлана одеялом, и на стене висели мои вещи, противогаз в продолговатом жестяном футляре, стальная каска на том же крючке.
В ногах кровати стоял мой сундучок, а на сундучке мои зимние сапоги, блестевшие от жира.
Моя винтовка австрийского образца с восьмигранным вороненым стволом и удобным, красивым, темного ореха прикладом висела между постелями.
Я вспомнил, что телескопический прицел к ней заперт в сундучке.
Ринальди, лейтенант, лежал на второй кровати и спал.
Он проснулся, услышав мои шаги, и поднял голову с подушки.
– Ciao! – сказал он. – Ну, как провели время? ["Ciao!" – итальянское приветствие]
– Превосходно.
Мы пожали друг другу руки, а потом он обнял меня за шею и поцеловал.
– Уф! – сказал я.
– Вы грязный, – сказал он. – Вам нужно умыться.
Где вы были, что делали?
Выкладывайте все сразу.
– Я был везде. В Милане, Флоренции, Риме, Неаполе, Вилла-Сан-Джованни, Мессине, Таормине…
– Прямо железнодорожный справочник. Ну, а интересные приключения были?
– Да.
– Где?
– Milano, Firenze, Roma, Napoli…
– Хватит.
Скажите, какое было самое лучшее?