Разумеется, вы вольны придерживаться другого мнения.
– Благодарю вас, – сказал я. – Ваше мнение для меня очень ценно.
Врач в чине капитана взглянул на часы.
– Нам пора идти, – сказал он. – Желаю вам всего хорошего.
– Вам также всего хорошего и большое спасибо, – сказал я.
Я пожал руку третьему врачу:
«Capitano Varini – tenente Enry» – и все трое вышли из комнаты.
– Мисс Гэйдж, – позвал я.
Она вошла. – Пожалуйста, попросите госпитального врача еще на минутку ко мне.
Он пришел, держа кепи в руке, и стал у кровати.
– Вы хотели меня видеть?
– Да.
Я не могу ждать операции полгода.
Господи, доктор, приходилось вам когда-нибудь полгода лежать в постели?
– Вы не будете все время лежать.
Сначала вам нужно будет погреть раны на солнце.
Потом вы начнете ходить на костылях.
– Полгода, а потом операция?
– Это наименее рискованный путь.
Нужно выждать, когда вокруг инородных тел образуется капсула и снова накопится синовиальная жидкость.
Тогда можно без риска вскрыть коленный сустав.
– А вы сами уверены, что мне нужно так долго ждать?
– Это наименее рискованный путь.
– Кто этот врач в чине капитана?
– Это очень хороший миланский хирург.
– Ведь он в чине капитана, правда?
– Да, но он очень хороший хирург.
– Я не желаю, чтобы в моей ноге копался какой-то капитан.
Если бы он чего-нибудь стоил, он был бы майором.
Я знаю, что такое капитан, доктор.
– Он очень хороший хирург, и я с его мнением считаюсь больше, чем с чьим бы то ни было.
– Можно показать мою ногу другому хирургу?
– Безусловно, если вы захотите.
Но я лично последовал бы совету доктора Варелла.
– Вы можете пригласить ко мне другого хирурга?
– Я приглашу Валентини.
– Кто он такой?
– Хирург из Ospedale Maggiore.
– Идет.
Я вам буду очень признателен.
Поймите, доктор, не могу я полгода лежать в постели.
– Вы не будете лежать в постели.
Сначала вы будете принимать солнечные ванны.
Потом можно перейти к легким упражнениям.
Потом, когда образуется капсула, мы сделаем операцию.
– Но я не могу ждать полгода.
Доктор деликатным движением погладил кепи, которое он держал в руке, и улыбнулся.
– Вам так не терпится возвратиться на фронт?
– А почему бы и нет?
– Как это прекрасно! – сказал он. – Благородный молодой человек. – Он наклонился и очень деликатно поцеловал меня в лоб. – Я пошлю за Валентини.