– Понятия не имею.
– Ты только мой.
Это верно, и больше ты никогда ничей не был.
Но мне все равно, если даже и не так.
Я их не боюсь.
Только ты мне не рассказывай про них.
А когда женщина говорит мужчине про то, сколько это стоит?
– Не знаю.
– Ну конечно, ты не знаешь.
А она говорит ему, что любит его?
Скажи мне.
Я хочу знать.
– Да.
Если он этого хочет.
– А он говорит ей, что любит ее?
Скажи.
Это очень важно.
– Говорит, если хочет.
– Но ты никогда не говорил?
Верно?
– Нет.
– Нет, верно?
Скажи мне правду.
– Нет, – солгал я.
– Ты не говорил, – сказала она. – Я так и знала, что ты не говорил.
Ты милый, и я тебя очень, очень люблю.
Солнце высоко стояло над крышами, и я видел шпили собора с солнечными бликами на них.
Я был чист снаружи и внутри и ожидал прихода врача.
– Значит, так? – сказала Кэтрин. – Она говорит все, что ему хочется?
– Не всегда.
– А я буду всегда.
Я буду всегда говорить все, что ты пожелаешь, и я буду делать все, что ты пожелаешь, и ты никогда не захочешь других женщин, правда? – она посмотрела на меня радостно. – Я буду делать то, что тебе хочется, и говорить то, что тебе хочется, и тогда все будет чудесно, правда?
– Да.
– Ну, вот ты и готов к операции. А теперь скажи, чего бы тебе хотелось сейчас?
– Иди ко мне.
– Хорошо.
Иду.
– Ты моя очень, очень, очень любимая, – сказал я.
– Вот видишь, – сказала она. – Я делаю все, что ты хочешь.
– Ты у меня умница.
– Я только боюсь, что ты еще не совсем мной доволен.
– Ты умница.
– Я хочу того, чего хочешь ты.
Меня больше нет.
Только то, чего хочешь ты.
– Милая.
– Ты доволен?
Правда, ты доволен?
Ты не хочешь других женщин?
– Нет.