Эрнест Хемингуэй Во весь экран Прощай, оружие (1929)

Приостановить аудио

Майор укоризненно покачал головой.

Ринальди посмотрел на священника.

– По-вашему, мне нужно ехать в отпуск?

Майор укоризненно качал головой, глядя на священника.

Ринальди тоже смотрел на священника.

– Как хотите, – сказал священник. – Если вам не хочется, то не надо.

– Ну вас к черту! – сказал Ринальди. – Они стараются от меня избавиться.

Каждый вечер они стараются от меня избавиться.

Я отбиваюсь, как могу.

Что ж такого, если у меня {это}? {Это} у всех.

Это у всего мира.

Сначала, – он продолжал тоном лектора, – это только маленький прыщик.

Потом мы замечаем сыпь на груди.

Потом мы уже ничего не замечаем.

Мы возлагаем все надежды на ртуть.

– Или сальварсан, – спокойно прервал его майор.

– Ртутный препарат, – сказал Ринальди.

Он говорил теперь очень приподнятым тоном. – Я знаю кое-что получше.

Добрый, славный священник, – сказал он, – у вас никогда не будет {этого}.

А у бэби будет.

Это авария на производстве.

Это просто авария на производстве.

Вестовой подал десерт и кофе.

На сладкое было что-то вроде хлебного пудинга с густой подливкой.

Лампа коптила; черная копоть оседала на стекле.

– Дайте сюда свечи и уберите лампу, – сказал майор.

Вестовой принес две зажженные свечи, прилепленные к блюдцам, и взял лампу, задув ее по дороге.

Ринальди успокоился.

Он как будто совсем пришел в себя.

Мы все разговаривали, а после кофе вышли в вестибюль.

– Ну, мне нужно в город, – сказал Ринальди. – Покойной ночи, священник.

– Покойной ночи, Ринальди, – сказал священник.

– Еще увидимся, Фреди, – сказал Ринальди.

– Да, – сказал я. – Приходите пораньше.

Он состроил гримасу и вышел.

Майор стоял рядом с нами.

– Он переутомлен и очень издерган, – сказал он. – К тому же он решил, что у него сифилис.

Не думаю, но возможно.

Он лечится от сифилиса.

Покойной ночи, Энрико.

Вы на рассвете выедете?

– Да.

– Ну так до свидания, – сказал он. – Счастливый путь!

Педуцци разбудит вас и поедет вместе с вами.

– До свидания.

– До свидания.

Говорят, австрийцы собираются наступать, но я не думаю.

Не хочу думать.

Во всяком случае, это будет не здесь.

Джино вам все расскажет.