Благодаря попутным ветрам «Решительный» шел ускоренным ходом.
В Мозамбикском проливе погода была особенно благоприятна.
Удачный морской переход казался добрым предзнаменованием и для воздушного перелета.
Каждый жаждал поскорее добраться до Занзибара и там помочь чем только возможно доктору Фергюссону в его последних приготовлениях.
Наконец, показался город Занзибар, расположенный на острове того же имени, и 15 апреля, в одиннадцать часов утра, «Решительный» бросил якорь в его гавани.
Остров Занзибар является владением имама Маската, союзника Франции и Англии. Это, несомненно, лучшая его колония.
В гавань заходит множество кораблей из соседних стран.
Остров отделен, от африканского материка только проливом шириной не более тридцати миль.
Занзибар ведет обширную торговлю камедью, слоновой костью и в особенности чернокожими, так как он является крупным рынком невольников.
Сюда свозятся все пленники, захваченные в боях, а бои эти не прекращаются, ибо вожди внутренних африканских племен беспрестанно воюют между собой.
Эта торговля распространена по всему восточному берегу вплоть до Нила; Г.
Лежан видел, что она ведется совершенно открыто на французских судах.
Не успел «Решительный» пришвартоваться в занзибарской гавани, как на нем появился английский консул с предложением своих услуг доктору Фергюссону. Уже целый месяц он знал из европейских газет о проектирующемся перелете, но до сих пор принадлежал к многочисленному разряду скептиков.
– Я сомневался, – заявил консул, протягивая руку Самуэлю Фергюссону, – но теперь все мои сомненья исчезли.
И он тут же пригласил к себе в дом доктора. Дика Кеннеди и, конечно, милейшего Джо.
Консул был так любезен, что познакомил доктора с несколькими письмами капитана Спика, и Фергюссон узнал из них, что капитан и его спутники претерпели страшные муки и от голода и от непогоды, прежде чем добрались до страны Угого.
Теперь же, как видно, они принуждены подвигаться чрезвычайно медленно, встречая на пути беспрестанные затруднения, и вряд ли в ближайшее время смогут дать знать о себе.
– Вот те опасности и лишения, каких мы сумеем избегнуть, – заметил доктор.
Багаж трех путешественников был отправлен в дом консула.
Воздушный шар собирались выгрузить на занзибарском берегу, где для него было выбрано очень удобное место у сигнальной мачты, позади огромного здания, которое защищало бы его от восточных ветров.
Эта массивная башня, походившая на бочку, по сравнению с которой Гейдельбергская бочка показалась бы всего лишь бочонком, играла роль форта, и на ее плоской верхушке дежурила стража – вооруженные копьями «белучи», шумливые бездельники.
Но незадолго до предполагаемой выгрузки шара консул был извещен о том, что туземное население намерено силой воспрепятствовать ей.
Нет ничего более слепого и бессмысленного, чем страсти, внушенные фанатизмом.
Известие о приезде христианина, который решил подняться в воздух, возмутило местных жителей.
Негры, взволнованные больше, чем арабы, усмотрели в этом полете что-то враждебное их религии.
Они вообразили, что замышляется какое-то зло против Солнца и Луны.
А так как оба светила являются предметами поклонения у африканских Народов, то и было решено силой противиться нечестивой экспедиции.
Узнав о таких настроениях местных жителей, консул сообщил о них доктору Фергюссону и капитану Пеннету.
Капитан ни за что не хотел отступать перед угрозами, но новый его друг, доктор, разубедил его в этом.
– Конечно, в конце концов нам удалось бы выгрузить шар, – сказал Фергюссон, – и гарнизон имама даже оказал бы нам в этом содействие, но знаете, дорогой капитан, порой для несчастного случая довольно одного мгновения. Какой-нибудь злостный удар – и шару будет нанесен непоправимый вред, а наше путешествие сорвано. Нет, тут надо действовать осмотрительно.
– Но как же быть?
Если мы высадимся на африканском берегу, то там встретимся с теми же трудностями.
Что же делать?
– Ничего не может быть проще, – заявил консул. – Взгляните вон на те островки, расположенные за гаванью. Выгрузите ваш шар на одном из этих островков, окружите его цепью матросов, и он будет в полной безопасности.
– Великолепно! – воскликнул Фергюссон. – Там же нам будет удобно заняться последними приготовлениями.
Капитан тоже одобрил это предложение, и вскоре «Решительный» подошел к островку Кумбени.
Утром 16 апреля шар благополучно выгрузили на лужайку среди леса. Здесь на расстоянии.восьмидесяти футов были вбиты два столба вышиной также в восемьдесят футов.
На столбах была установлена система блоков, благодаря которой с помощью поперечного каната и был поднят шар.
Пока он был совершенно пуст.
Внутреннюю оболочку соединили с внешней так, что обе были подняты одновременно.
К нижней части оболочек были прикреплены трубки, через которые должен был поступать водород.
День 17 апреля прошел в установке аппарата для добывания водорода. Он состоял из тридцати бочек, в которых происходило разложение воды с помощью железного лома и серной кислоты.
Полученный водород, очистившись от примесей, поступал в большую, находящуюся в центре бочку, откуда и направлялся ро двум трубам в оболочку.
Таким образом, каждая из оболочек наполнялась строго определенным количеством газа.
Для этой операции потребовалось тысяча восемьсот шестьдесят галлонов серной кислоты, шестнадцать тысяч пятьдесят фунтов железного лома и девятьсот шестьдесят шесть галлонов воды.
Наполнение оболочек газом началось около трех часов утра и длилось почти восемь часов.
За час до полудня воздушный шар, одетый в сетку, грациозно покачивался над своей корзиной, удерживаемый большим количеством мешков с землей.
С особой тщательностью был установлен аппарат для расширения газа и прилажены в цилиндрическом ящике нагрева трубки, сообщающиеся с обеими оболочками.
Якоря, веревки, инструменты, походные одеяла, тент, съестные припасы, оружие-все было размещено в корзине на заранее намеченных для этого местах.
Вода запасена была еще в Занзибаре.