– Обожди, дорогой Дик, все равно ты не мог бы охотиться здесь, где травы выше твоей головы.
В конце концов найдем же мы удобное место.
Это была поистине чудесная прогулка, какое-то волшебное плавание по зеленому, словно прозрачному морю, слегка волнуемому ветерком.
Корзина «Виктории», как бы оправдывая свое название «гондолы», рассекала эти зеленые волны, откуда порой вылетали, весело крича, целые стаи птиц с восхитительным оперением.
Якоря купались в целом море цветов и оставляли после себя борозду, которая быстро стиралась, как след от корабля на волнах.
Вдруг путешественники почувствовали сильный толчок: видимо, якорь зацепился за расселину какой-либо скалы, скрытой под гигантскими травами.
– Зацепились! – воскликнул Джо. – Ну, что же! Спускай лестницу! – крикнул охотник.
– Не успели прозвучать эти слова, как в воздухе раздался рев, и из уст путешественников посыпались возгласы удивления.
– Что такое?
– Какой странный крик!
– Представь себе, мы движемся!
– Якорь, значит, оторвался!
– Ну, нет! Он держится, – заявил Джо, попробовав канат.
– Что же это значит? Скала пошла?
В траве действительно что-то двигалось, и вскоре из нее показалось нечто продолговатое и извивающееся.
– Змея! – закричал Джо.
– Змея! – повторил Кеннеди, заряжая свой карабин.
– Да нет же – это хобот слона, – возразил доктор.
– Что ты, Самуэль, неужели слон?
И Кеннеди стал прицеливаться.
– Обожди, Дик, обожди.
– Подумайте только!
Животное взяло нас на буксир и тащит!
– И представь, мой милый Джо, тащит туда, куда нужно, – заявил Фергюссон.
Слон подвигался вперед довольно быстро; вскоре он добрался до лужайки, где его можно было рассмотреть.
По его гигантскому росту доктор признал в нем самца прекрасной породы.
Его беловатые клыки, удивительно красиво изогнутые, были не меньше восьми футов в длину. Между этими-то клыками и засели крепко-накрепко якорные лапы.
Слон тщетно старался при помощи хобота освободиться от каната, прикрепленного к корзине.
– Вперед! Смелей! – в восторге кричал Джо. – Вот еще один способ путешествовать!
В лошадях нет надобности, к вашим услугам – слон.
– Но куда же он нас тащит? – проговорил Кеннеди, вертя в руках свой карабин; его так и подмывало выстрелить.
– Ииенно туда, дорогой Дик, куда нам нужно.
Потерпи немного, – успокаивал Фергюссон своего друга.
– Wig a more, wig a more, – как говорят шотлавдские крестьяне. – Вперед! Вперед! – продолжал радостно кричать Джо.
Слон понесся бешеным галопом, размахивая хоботом направо и налево. Каждый его скачок страшно сотрясал корзину «Виктории».
Доктор с топором в руке стоял наготове, собираясь обрубить канат, как только это станет необходимо.
– Но, все-таки нашим якорем мы пожертвуем только в самом крайнем случае, – проговорил он.
Бег на буксире у слона длился уже часа полтора, а слон отнюдь не проявлял никакой усталости.
Эти огромные толстокожие животные, так же как и киты, напоминающие их своими размерами и быстротой движения, могут в одни сутки проделывать громадные расстояния.
– А знаете, – воскликнул Джо, – это все равно что загарпунить кита. Мы подражаем тому, что проделывают китоловы во время ловли.
Однако меняющийся характер местности заставил доктора подумать об ином способе передвижения.
Милях в трех, на северной стороне степи, показался густой лес камальдаров.
Тут уж появилась необходимость освободить шар от его живого двигателя.
И вот остановить слона было поручено Кеннеди.
Тот вскинул на плечо свой карабин и, хотя положение для стрельбы было чрезвычайно неудобно, выстрелил. Но пуля, ударившись о голову слона, сплющилась, будто попала в железо.
Слон при этом не обнаружил ни малейших признаков страха, но после выстрела понесся еще быстрее, словно скаковая лошадь.
– Это какой-то дьявол! – крикнул Кеннеди.
– Ну и крепкая же башка! – промолвил Джо.
– А теперь попробуем-ка всадить в него несколько конических пуль, – проговорил Дик, старательно заряжая карабин, и тут же выстрелил.
Слон страшно заревел и помчался еще быстрее.