– И тем не менее это имеет значение, это важно для меня.
Важно и для Джона… Для нас важно не прошлое, а будущее. – Она снова сцепила руки. – Понимаете, мы хотим иметь детей.
Это наше общее желание.
Но мы не хотели бы видеть, что они растут в вечном страхе.
– Но, – сказал Пуаро, – разве вы не можете предположить, что среди предков каждого из нас вполне могли быть и люди, совершившие преступление?
– Вы не понимаете меня.
Конечно, это так.
Но ведь над этим никто не задумывается.
А мы об этом знаем и думаем.
Иногда я замечаю, как Джон смотрит на меня – бросит взгляд, словно молния… Допустим, мы поженимся и когда-нибудь поссоримся… Я замечу вот этот его взгляд…
– Как был убит ваш отец? – прервал ее Эркюль Пуаро.
Карла ответила четко и твердо:
– Он был отравлен.
– Та-ак…
Они помолчали.
– Слава богу, вы меня понимаете.
Вы себе представляете, какое это имеет значение!
И хорошо, что не придумываете каких-то утешительных обстоятельств.
– Все это я хорошо понимаю! – сказал Пуаро. – Однако я не пойму, чего вы от меня хотите!
Карла Лемаршан сказала с наивной простотой:
– Я хочу выйти замуж за Джона.
И я это сделаю!
И хочу иметь детей – не меньше двух девочек и двух мальчиков!
Вы должны сделать так, чтобы это стало возможным.
– То есть вы хотите, чтобы я поговорил с вашим женихом?
А-а, не это? Я говорю глупости!
Вы хотите совсем иного.
Что ж, скажите, в чем состоит ваша идея?
– Мсье Пуаро, я хочу, чтобы вы поняли, хорошо поняли: я нанимаю вас для расследования убийства.
– Вы хотите сказать, что…
– Да, именно так.
Убийство остается убийством, совершено оно вчера или шестнадцать лет тому назад.
– Однако, милая девушка…
– Подождите, мсье Пуаро. Вы еще не обо всем узнали.
Есть еще один очень важный момент.
– А именно?
– Моя мать невиновна.
Эркюль Пуаро, почесав нос, проворчал:
– Так, конечно, я понимаю, что…
– Дело здесь не только в чувствах.
Есть ее письмо.
Мать оставила его для того, чтобы я была полностью уверена – она не убивала, она невиновна.
И я должна в этом убедиться.
Эркюль Пуаро задумчиво поглядел на девушку, которая внимательно смотрела ему в глаза.
Затем медленно проговорил:
– И все же…
Карла улыбнулась:
– Нет, мсье Пуаро, мать была не такая!
Вы думаете, она соврала?
Что это святая ложь? – Карла подалась вперед и торжественно прибавила: – Послушайте, мсье Пуаро, есть вещи, которые детям прекрасно известны.