Ответ на это довольно прост.
Потому что она знала, кто его отравил, и была готова сделать все, вынести любые страдания, лишь бы подозрение не упало на того человека.
Кто же мог быть тем человеком, которого защищала она?
Филипп Блейк или Мередит?
Эльза Гриер или Сесили Уильямс?
Нет, был только один человек, которого она хотела защитить какой угодно ценой… Мисс Уоррен, вы принесли последнее письмо, которое написала вам сестра? Я хотел бы прочитать его всем.
Анджела Уоррен ответила:
– Нет.
– Но, мисс Уоррен!..
Анджела поднялась.
– Я очень хорошо понимаю, что вы хотите мне приписать.
Вы хотите сказать, что я убила Эмиаса Крейла и моя сестра об этом знала.
Я решительно отвергаю обвинение.
Пуаро сказал:
– Письмо!..
– Письмо обращено только ко мне.
Пуаро бросил взгляд туда, где сидели рядом самые молодые из присутствующих.
Карла Лемаршан сказала:
– Я очень прошу, тетя Анджела, будьте добры, сделайте так, как просит мсье Пуаро.
Анджела Уоррен произнесла с горечью:
– Ну вот, Карла!
У вас совсем нет чувства благопристойности.
Это была ваша мать. Вы…
Голос Карлы прозвучал четко и взволнованно:
– Да, это была моя мать.
И поэтому я имею право требовать.
Я хочу, чтобы письмо было прочитано!
Анджела Уоррен медленно вынула из сумки письмо и подала его Пуаро, сказав с сожалением:
– Лучше бы я никогда вам его не показывала.
Отвернувшись, она стала смотреть в окно.
В то время, когда Эркюль Пуаро читал письмо Кэролайн Крейл, сумерки все больше сгущались во всех уголках комнаты.
Карла почувствовала вдруг, словно кто-то в лаборатории приобретает форму, слушает, дышит, ждет.
«Моя мама здесь, – подумала она. – Кэролайн Крейл в этой комнате».
Голос Эркюля Пуаро прервался.
Потом все услыхали:
– Вы, конечно, согласитесь, что это очень ценное письмо, потому что мы замечаем в нем одно важное упущение: оно не содержит ни малейшего отрицания своей виновности.
Анджела Уоррен сказала, не поворачивая головы:
– Это было бы бессмысленно.
– Да, мадемуазель Уоррен, это было бессмысленно.
Кэролайн Крейл не должна была говорить своей сестре, что она не виновна, потому что она знала, что ее сестра уверена в этом, у нее были весомейшие основания это знать.
Единственная забота Кэролайн состояла в том, чтобы утешить, успокоить сестру и – исключить возможные признания со стороны Анджелы.
Она все время повторяла: все прекрасно, моя дорогая, все прекрасно.
Анджела Уоррен сказала:
– Вы не можете этого понять: она хотела, чтобы я была счастлива, вот и все.
– Да, она хотела, чтобы вы были счастливы, это бесспорно.
Не о своем ребенке думала она. Это она сделает позже.
Нет, ее мысли занимает сестра.
Ее надо успокоить, надо подбодрить, поддержать, чтобы она прожила свою жизнь счастливо и успешно.
Для того, чтобы жертва не показалась Анджеле слишком тяжелой, Кэролайн прибавляет многозначительную фразу: «…следует возвращать свои долги».
Эта фраза объясняет все.