Мисс Уильямс сказала с вдохновением:
– Конечно, нет, моя дорогая! – Она посмотрела на Эркюля Пуаро. – Только глупец может об этом подумать.
Эркюль Пуаро проговорил сдержанно: – Во-первых, я не глупец, а во-вторых, я этого совсем не думаю.
Я прекрасно знаю, кто убил Эмиаса Крейла. – Он сделал паузу. – Всегда существует опасность воспринимать факты в качестве доказательств, тогда как на самом деле они ничего не доказывают.
Вернемся к ситуации в Олдербери.
Она стара как мир: две женщины и один мужчина.
Вы приняли как бесспорный тот факт, что Эмиас собирался бросить свою жену ради другой женщины.
А я скажу вам, что он никогда не имел такого намерения.
Он и раньше увлекался женщинами.
Правда, они от него много не ждали.
На этот раз, однако, она ждала.
Ибо она не была женщиной.
Это была совсем молодая девушка, в любви ее мышление было чрезвычайно примитивным, она видела в ней только одно.
Глубокое увлечение Эмиасом Крейлом, поглотившее ее целиком, заставляло думать, что и он питает к ней такие же чувства.
Она думала, что это на всю жизнь, не сомневаясь, что он оставит жену.
Но почему, поинтересуетесь вы, Эмиас Крейл не разубедил ее?
Мой ответ такой: картина.
Он хотел закончить свою картину.
Некоторым это кажется невероятным, но не тем, кто знает людей искусства.
Вот, по сути, мы и приняли это объяснение.
Теперь беседа Крейла с Мередитом Блейком становится вполне понятной.
Крейл хотя и в замешательстве, но похлопывает по спине Блейка и оптимистически заверяет, что все кончится хорошо.
Для Эмиаса Крейла, видите ли, все слишком просто: он пишет картину и до некоторой степени ему мешают две ревнивые женщины, но ни одной из них он не позволяет вторгаться в то, что для него важней всего в жизни.
Если он скажет Эльзе правду – с картиной все покончено.
Возможно, он даже искренне обещал Эльзе – на первых порах своего чувственного подъема, – что оставит Кэролайн.
Мужчины говорят подобные вещи, когда влюблены.
А возможно, только позволил ей мечтать об этом.
Ему безразлично, что думает Эльза.
Пусть, мол, думает, что ей угодно, лишь бы спокойно позировала еще день-два.
А потом он скажет правду.
Он никогда не отличался особой деликатностью в подобных ситуациях.
Думаю, сначала он даже приложил усилия, чтобы не начать серьезного романа с Эльзой.
Он предупредил ее, что он за человек, но она ничего не хотела знать, бросилась навстречу своей судьбе.
Для такого человека, как Эмиас Крейл, приключения с женщинами были своего рода игрой, честной игрой с равными шансами для обеих сторон.
Если бы вы его спросили, он легко ответил бы вам, что Эльза еще молода, что все это у нее пройдет.
Вот как рассуждал Эмиас Крейл.
Его жена была, по сути, единственным созданием, которое он на самом деле любил.
Однако он не особенно заботился о ней: она, мол, должна потерпеть всего лишь несколько дней.
Он рассердился на Эльзу за то, что она выболтала перед Кэролайн лишнее, но продолжал верить с присущим ему оптимизмом, что все устроится.
Кэролайн простит его, как уже прощала столько раз, а Эльза… Эльзе некуда деваться, как он высказался: «Ей придется перетерпеть».
Вот насколько простыми были жизненные проблемы для такого человека, как Эмиас Крейл.
И все же мне кажется, что в тот последний вечер он был серьезно встревожен – из-за Кэролайн, а не из-за Эльзы!
Возможно, он зашел в ее комнату, а она отказалась с ним разговаривать.
По крайней мере, неспокойно проведя ночь, он после завтрака отвел ее в сторону и рассказал всю правду.
Да, был у него грех с Эльзой, но все уже позади.
Как только он закончит картину, он ее больше никогда не увидит.
В ответ на эти признания Кэролайн Крейл воскликнула с негодованием:
«Ты и твои женщины!..»
Эта фраза, как видите, ставила Эльзу в категорию других, которые появлялись в его жизни, а затем бесследно исчезли.
И она гневно добавила: