«В один прекрасный день я убью тебя!..»
Она была огорчена, возмущена его жестокостью по отношению к девушке.
Когда Филипп Блейк увидел в холле Кэролайн, углубленную в свои мысли, она думала об Эльзе.
Что касается Крейла, то он, выйдя из библиотеки, встретил Эльзу с Филиппом Блейком и велел ей идти вниз позировать.
Он, конечно, не знал, что Эльза Гриер была перед этим на террасе, у окна библиотеки, и все слышала.
Изложение беседы, сделанное ею позднее, не отвечает действительности.
Не забывайте – кроме ее слов, никакого другого подтверждения нет.
Представляете, каким было для нее ударом узнать правду, сказанную с такою жестокостью!
Мередит Блейк объяснил нам, что на следующий день после обеда, ожидая, пока Кэролайн выйдет из комнаты, где мы сейчас находимся, он стоял спиной к открытой двери и разговаривал с Эльзой Гриер.
Значит, она стояла лицом к двери и, следовательно, могла видеть все, что происходило за его спиной, в комнате, то есть что делала Кэролайн. Таким образом, она была единственным человеком, который видел, как Кэролайн взяла цикуту.
Она ничего не сказала, но вспомнила об этом у окна библиотеки.
Когда Эмиас Крейл вышел, она, мотивируя тем, что ей нужно взять пуловер, пошла наверх, в комнату Кэролайн – искать цикуту – и нашла ее. Постаравшись, чтобы не стерлись отпечатки пальцев Кэролайн на флаконе, и не оставив своих, набрала яд в пипетку.
Потом сошла вниз и через некоторое время влила яд в пиво, которое Эмиас по привычке выпил залпом.
Между тем Кэролайн Крейл все больше волновалась.
Когда она увидела Эльзу, которая поднималась к дому (на этот раз и правда чтобы взять пуловер), Кэролайн проскользнула в «сад-батарею» и, так сказать, надавила на мужа.
То, что он надумал, – подло!
Она не может допустить подобного!
Такое поведение по отношению к девушке чрезвычайно жестоко и грубо!
Эмиас, рассерженный, что прервали его работу, сказал, что этот вопрос уже решен: как только он закончит картину – велит ей собирать вещи.
Тут послышались шаги братьев Блейк, и Кэролайн выходит из калитки немного смущенная, бормоча что-то об Анджеле, о школе и о том, что столько у нее еще мороки. Естественно, братья решили, что услышанный ими разговор относился к Анджеле. А фраза:
«Я велю ей собирать вещи» – превратилась в –
«Я соберу ее вещи».
А Эльза с пуловером в руке спускается по тропке спокойная, радостная и снова начинает позировать.
Она рассчитывала, безусловно, на то, что подозрение падет на Кэролайн, в ее комнате найдут флакон с цикутой.
А тут еще и Кэролайн сыграла ей на руку, принеся мужу холодного пива и налив ему стакан.
Эмиас опрокидывает стакан, морщится и говорит:
«Сегодня мне все кажется противным на вкус».
Вы понимаете, насколько многозначительна эта реплика?
Все кажется противным!
Следовательно, Эмиас уже отведал что-то с плохим вкусом. И это ощущение сохранилось у него во рту.
И еще одно: Филипп Блейк рассказал, что Крейл слегка шатался и даже спросил себя: «Не пьян ли я?»
Это легкое пошатывание было первым признаком действия цикуты. Значит, яд был дан несколько раньше, чем Кэролайн принесла пиво из холодильника.
Эльза Гриер в это время позирует около серой стены. Веселым и естественным голосом она разговаривает с Эмиасом Крейлом, чтобы он ничего не заподозрил.
Через некоторое время она увидела Мередита Блейка на скамейке, махнула ему рукой и на глазах у него еще старательнее стала играть свою роль.
А Эмиас Крейл, человек, который ненавидел болезни, продолжает свою работу с особой настойчивостью, потом руки и ноги его становятся совсем вялыми, а язык немеет. Он упал на скамью обессиленный, но еще с ясным разумом.
Гонг в доме позвонил к ленчу, и Мередит встает и идет к «батарее».
Думаю, что за этот короткий промежуток времени Эльза оставила свое место, подбежала к столу и вылила последние капли яда в стакан из-под пива. От пипетки она избавилась на тропинке, ведущей к дому, растерев ее в порошок. У калитки она встретила Мередита.
Дневной свет там ослепляет, когда выходишь из тени.
У Мередита не очень хорошее зрение, и он только замечает своего друга, сидящего на скамье в обычной позе, с «неподвижным злым взглядом», направленным на картину, как он опишет позже.
Эркюль Пуаро сделал жест в сторону картины, висевшей на стене.
– Я понял это в первый же миг, как увидел полотно.
Замечательная картина.
Потому что это портрет убийцы, написанный жертвой. Это образ девушки, наблюдающей своего возлюбленного, находящегося в объятиях смерти. Глава 5 Результат
В наступившем молчании – ужасном, зловещем – лениво вспыхивали лучи угасающего дня. Последний отблеск солнца высветил темные волосы и светлые меха женщины, сидевшей у окна.
Эльза Диттишем сделала едва заметное движение и сказала:
– Выведите всех отсюда, Мередит.
Оставьте меня наедине с мсье Пуаро.
Она сидела неподвижно, пока дверь не закрылась.
– Вы слишком умны, не так ли, мсье Пуаро?
Тот не ответил.