— Мне, пожалуй, лучше сказать вам сразу, что у дочери весьма скромный доход и до моей смерти богаче она не станет.
— Буду с вами откровенен.
Этот дом и несколько прилегающих к нему акров земли — все, что у меня есть.
Сын не может себе позволить жениться на девушке без гроша за душой, но он не охотник за приданым и любит вашу дочь.
Граф обладал не только безусловным достоинством, но и большим обаянием. К последнему миссис Клейтон не осталась равнодушной и немного оттаяла.
— Все это не имеет прямого отношения к делу.
В Америке мы не устраиваем браки наших детей.
Если Тито хочет на ней жениться, пусть сам ее спросит, и если она готова за него выйти, то, вероятно, так ему и скажет.
— Именно это он сейчас и делает, или я чудовищно ошибаюсь.
Они шли по дорожке и вскоре увидели молодых людей — те направлялись к ним рука об руку.
Догадаться, что произошло между ними, не составляло труда.
Тито поцеловал руку миссис Клейтон и облобызал отца в обе щеки.
— Миссис Клейтон, папа! Лаура согласилась стать моей женой.
Помолвка всколыхнула флорентийское общество, в честь молодой пары устраивали один прием за другим.
Что Тито влюблен, и сильно, было написано у него на лице, чего, однако, нельзя было сказать о Лауре.
Он обожал ее, пылкий веселый красавец; она скорее всего тоже его любила. Но Лаура была не из тех девушек, что выказывают свои чувства, и оставалась такой, как всегда, — невозмутимой, благожелательной, серьезной, приветливой и прекрасной собеседницей.
Я задавался вопросом, в какой степени на ее выбор повлияла громкая фамилия Тито со всеми ее историческими ассоциациями и прекрасная вилла с чудесными видами и романтическим садом.
— С его стороны, во всяком случае, это несомненно брак по любви, — заявила Бесси Хардинг, когда мы обсуждали помолвку.
— Миссис Клейтон мне говорила, что ни Тито, ни его отец не проявили никакого желания выяснить, сколько у Лауры денег.
— Готов спорить на миллион долларов, что ее доход известен им до последнего цента и они давно подсчитали, сколько это будет в лирах, — фыркнул Хардинг.
— Ты отвратительный старый циник, милый, — сказала она.
Он снова фыркнул.
Вскоре я покинул Флоренцию.
Свадьбу отпраздновали у Хардингов, пришла тьма народу поесть и выпить шампанского за их счет.
Тито с женой сняли квартиру на Лунгарно, а старый граф вернулся на свою уединенную виллу на холмах.
Я еще раз приехал во Флоренцию только через три года, да и то на неделю, и опять остановился у Хардингов.
Начав расспрашивать о старых знакомых, я тут же вспомнил про Лауру и ее матушку.
— Миссис Клейтон возвратилась в Сан-Франциско, — ответила Бесси, — а Лаура с Тито живут на вилле у графа.
Они очень счастливы.
— Завели детей?
— Нет.
— Выкладывай все, — сказал Чарли.
Бесси наградила мужа красноречивым взглядом.
— Не могу понять, почему вот уже тридцать лет терплю мужчину, который действует мне на нервы, — заявила она.
— Они отказались от квартиры на Лунгарно.
Лаура очень потратилась на виллу, там не было даже ванной. Провела центральное отопление и купила мебель, чтобы там можно было жить. А тут еще Тито просадил в покер круглую сумму, и бедняжке Лауре пришлось за него платить.
— Он, кажется, где-то служит?
— Одно только слово, что служил, да и этой службе пришел конец.
— Бесси хочет сказать, что его выставили, — ввернул Хардинг.
— Ну, короче говоря, они решили, что жить на вилле будет дешевле, да и Тито, как казалось Лауре, будет держаться подальше от греха.
Ей нравится сад, она сделала из него картинку.
Тито от нее без ума, старый граф тоже к ней привязался, так что все и в самом деле обернулось к лучшему.
— Возможно, вам будет интересно узнать, что в четверг на прошлой неделе Тито был в клубе, — заметил Хардинг.
— Играл как одержимый, уж и не знаю, сколько он там спустил.
— Не может быть, Чарли!
Он обещал Лауре больше не играть.
— Когда это игрок держал такое обещание?
Все будет, как в прошлый раз.
Он прольет слезу, скажет, что любит ее, но это долг чести и если он не достанет денег, то пустит себе пулю в лоб.
И Лаура опять за него заплатит.