Следует ли об этом говорить?
Большой ребенок, кузен Бенедикт сначала надеялся, что Геркулесу не удастся одолеть преграду и лодка застрянет.
Плавание по реке казалось ученому нестерпимо скучным.
Он с сожалением вспоминал факторию Альвеца, свою хижину и драгоценную жестяную коробку с коллекциями.
Он был так несчастен, что всем стало жалко его.
В самом деле, ни одного насекомого! Ни единого!
Какова же была радость кузена Бенедикта, когда Геркулес, которого он считал своим «учеником», принес ему какое-то безобразное насекомое, найденное в запруде на стебле «тикатика».
Странное дело: Геркулес, казалось был чем-то смущен, передавая свой подарок ученому.
Кузен Бенедикт осторожно зажал насекомое между большим и указательным пальцами и поднес его к самым глазам, с тоской вспомнив о лупе и очках, — как бы они ему пригодились сейчас!
Вдруг ученый взволнованно крикнул: — Геркулес!
Геркулес!
Ты заслужил полное прощение.
Кузина Уэлдон!
Дик! Это единственное в своем роде насекомое и к тому же, несомненно, африканское!
Уж этого-то никто не посмеет отрицать.
— Значит, это действительно ценная находка? — спросила миссис Уэлдон.
— Вы сомневаетесь в этом?! — вскричал кузен Бенедикт.
— Насекомое, которое нельзя отнести ни к жестокрылым, ни к сетчатокрылым, ни к перепончатокрылым. Насекомое, которое не принадлежит ни к одному из десяти известных науке отрядов… Пожалуй, можно было бы отнести его к группе паукообразных!..
Насекомое, очень похожее на паука! Насекомое, которое было бы пауком, если бы у него было восемь лапок, и которое все-таки остается насекомым, так как у него только шесть лапок.
Ах, друзья мои, мог ли я ждать такого счастья?! Несомненно, мое имя войдет в науку!
Это насекомое мое будет названо
«Hexapodes Benedictus».
Радость ученого была так велика, что, оседлав своего любимого конька, он совершенно забыл о всех перенесенных и еще предстоящих испытаниях. Миссис Уэлдон и Дик от души поздравили его с находкой.
Между тем пирога продолжала плыть по темной реке.
Ночную тишину нарушали только возня гиппопотамов и шуршание крокодилов, ползавших по берегу.
Над верхушками деревьев взошла полная луна. Мягкий свет ее проник сквозь щели в навесе и озарил внутренность пироги.
Вдруг на правом берегу послышался какой-то глухой шум, как будто в темноте заработало одновременно несколько насосов.
Это большое стадо слонов, досыта наевшись за день волокнистых стеблей растений, перед сном пришло на водопой.
Хоботы их поднимались и опускались с равномерностью механизма. Казалось, громадные животные намерены были осушить всю реку.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ.
Разные события
Следующие восемь дней пирога продолжала спускаться по течению.
Ничего примечательного за эти дни не произошло.
На протяжении многих миль река протекала среди великолепных лесов. Затем леса кончились, и вдоль обоих берегов потянулись нескончаемые джунгли.
И эта местность также казалась безлюдной. Дик Сэнд, разумеется, нисколько не был этим огорчен. Зато кругом было великое множество животных.
По берегам проносились зебры, из зарослей выходили лоси и очень грациозные антилопы «камы». Вечером эти мирные животные исчезали, уступая место леопардам и львам, оглашавшим воздух грозным рычаньем и ревом.
Однако беглецы до сих пор не имели столкновений ни с речными, ни с лесными хищниками.
Каждый день, чаще всего в послеобеденные часы, Дик направлял пирогу к тому или другому берегу, причаливал и высаживался на землю.
Маленькому отряду приходилось возобновлять запась продовольствия.
В этих диких местах нельзя было рассчитывать ни на фрукты, ни на маниоку, ни на сорго, ни на маис, которые составляют главную пищу туземцев Вернее, все это росло здесь, но в диком виде, и было не пригодно для еды.
Дик Сэнд вынужден был охотиться, хотя звуки выстрелов могли привлечь внимание туземцев.
Путешественники добывали огонь, вращая с большой скоростью деревянную палочку в углублении, сделанном в сухой ветви смоковницы. Этот способ они заимствовали у дикарей; говорят, однако, что таким же способом добывают огонь и некоторые гориллы.
На костре жарили мясо антилопы или лося, заготовляя пищу впрок, сразу на несколько дней.
Четвертого июля Дику удалось одним выстрелом уложить на месте каму, которая дала им изрядный запас мяса.
Это было животное длиною в пять футов, с большими загнутыми назад рогами, с рыжеватой шерстью, усеянной блестящими пятнышками, и белым брюхом. Мясо его все беглецы признали превосходным.
Из— за ежедневных остановок для ночного отдыха и охоты пирога к восьмому июля прошла в общей сложисти лишь около ста миль. Однако проехать в Центральной Африке сто миль — дело немалое.
Дик уже начинал задумываться, куда заведет их эта река, казавшаяся бесконечно длинной.
До сих пор она вобрала в себя лишь несколько мелких притоков, и незаметно было, чтобы она сколько-нибудь расширилась.
Сначала река текла прямо на север, но теперь она повернула на северо-запад.
Река тоже доставляла путникам свою долю пищи.