Высокий, обиженный голос м-с Оливера кудахтал:
«Я не собираюсь терпеть твою грубость, Джейн!
И я приму меры к тому, чтобы ты не вмешивалась».
— Значит, завтра около шести? — лишний раз напомнил секретарь.
Пуаро машинально кивнул.
Ему казалось, что только что он видел привидение.
Точнее, не видел, а слышал, поскольку глаза здесь были ни при чем.
Две фразы, которые донеслись из-за двери, были почти идентичны тем, которые он услышал по телефону. Теперь ему стало ясно, почему тот голос показался ему знакомым.
Он двинулся к выходу, обреченно качая головой.
Значит, м-с Оливера?
Но это невозможно!
Не могла же она звонить ему по телефону!
Пустоголовая дамочка, изображающая из себя великосветскую леди, самолюбивая и эгоцентричная.
Как он только что назвал ее?
«Жирная курица…»
Не исключено, что слух его подвел.
Хотя…
«Роллс-ройс» подкатил к дому Пуаро около шести.
В машине сидели только Блант и его секретарь.
М-с Оливера с дочерью, видимо, отправились на уикэнд раньше на другой машине.
Поездка прошла спокойно.
Блант говорил мало, в основном о своем саде и недавней выставке цветов.
Пуаро поздравил его с избавлением от смертельной угрозы.
— А, это… — с ухмылкой произнес Блант.
— Не думаю, что тот парень действительно в меня целился.
Бедолага, он, думаю, и сам толком не знал, что делал.
Один из тех полубезумных студентов.
Нет, право, они не представляют никакой угрозы.
Что, выстрел в премьера изменит ход истории?
Впрочем, весьма патетично!
— Но на вас ведь и раньше покушались?
— Мелодраматичное какое-то слово… Впрочем, недавно по почте прислали бомбу — примитивненькую такую, но все же… Ну скажите мне, как такие могли бы эффективно управлять миром, если они даже приличную бомбу и то сделать не могут?!
— Он покачал головой.
— Всегда одно и то же — длинноволосые дремучие идеалисты без единого навыка практической работы.
Я отнюдь не семи пядей во лбу и никогда не претендовал на это, но я умею читать, писать и считать.
Вы меня понимаете?
— В целом, но, пожалуйста, поясните…
— Я читаю то, что написано по-английски и понимаю смысл написанного. Я не говорю о гиперболах, метафорах и других сложностях. Нет, я имею в виду деловой английский язык. Его я понимаю. Большинство же людей — нет!
Если мне надо что-то выразить на бумаге, я беру чистый лист и ручку. И сажусь за стол. Но я обнаружил, что многие люди и с этой задачей не в силах справиться.
Теперь об арифметике.
Если у Джонса есть восемь бананов, а Брайтон взял у него десять, сколько штук останется у Джонса?
Многие считают, что ответ на этот вопрос прост.
Им и в голову не придет простая истина, что Брайтон просто не в состоянии сделать задуманное.
— И тогда они стараются как-то схитрить, сфокусничать, лишь бы как-то выкрутиться? — вставил Пуаро.
— Именно!
Да и политики, что и говорить, ненамного отличаются от таких людей.
Я же всегда ратовал за элементарный здравый смысл.
Ведь в конечном итоге именно он прав.
Он рассмеялся.
— Извините, не будем говорить о работе.