Дафна Дюморье Во весь экран Ребекка (1938)

Приостановить аудио

— Вот видите! — торжествующе воскликнула леди Кроуэн, обращаясь ко всем присутствующим.

— Что я говорила?

Ваши собственные люди просят устроить бал.

Если наши просьбы вас не трогают, к ним-то вы прислушаетесь?

Максим все еще в раздумье поглядывал на меня.

Возможно, он боится, что мне не выдержать такого сборища, что при моей робости, о которой он прекрасно знает, я не справлюсь со своей ролью хозяйки дома, окажусь не на высоте.

Я не хотела, чтобы он так думал.

Не хотела, чтобы у него возникло чувство, будто я его подведу.

— Наверно, это будет очень весело, — сказала я.

Максим отвернулся, пожал плечами.

— Последнее слово, разумеется, за тобой, — сказал он.

— Хорошо, Фрэнк, вам придется тогда начать приготовления.

И возьмите, пожалуй, в помощь миссис Дэнверс.

Она помнит, как все это делается.

— Эта чудаковатая миссис Дэнверс все еще служит у вас? — спросила леди Кроуэн.

— Да, — коротко ответил Максим. — Не хотите еще кекса?

А, вы уже кончили.

Тогда давайте пойдем в сад.

Мы вышли на террасу, обсуждая предстоящий бал и на какой день было бы всего удобней его назначить, и тут, к моему великому облегчению, приехавшие на машинах гости решили, что им, пожалуй, пора двигаться в путь, и предложили подбросить домой тех, кто пришел пешком. Мы остались одни.

Я прошла в гостиную и налила себе новую чашку чаю; я выпила ее с наслаждением, избавленная наконец от тяжкой необходимости угощать и занимать гостей. Вскоре ко мне присоединился Фрэнк, мы раскрошили оставшиеся овсяные лепешки и съели их, как два заговорщика.

Максим на веранде кидал Джесперу прутики.

Интересно, подумала я, во всех домах бывает это чувство радости и полноты жизни после ухода гостей?

Некоторое время мы не говорили о предстоящем бале, и только когда я покончила с чаем и вытерла липкие пальцы о носовой платок, я спросила Фрэнка:

— Скажите мне честно и откровенно, что вы на самом деле думаете о всей этой маскарадной затее?

Фрэнк помедлил с ответом, поглядывая уголком глаза в окно на Максима.

— Право, не знаю, — сказал он.

— Максим вроде бы не особенно возражал, как вам показалось?

По-моему, он отнесся к предложению положительно.

— А что еще ему оставалось? — сказала я.

— Ну и надоедливая эта леди Кроуэн!

Неужели вы на самом деле полагаете, что вся округа только и говорит, только и мечтает о костюмированном бале в Мэндерли?

— Я полагаю, они получат большое удовольствие от этого зрелища, — возразил Фрэнк.

— Мы здесь, в провинции, придерживаемся условностей в таких вещах.

Я не думаю, что леди Кроуэн так уж была не права, говоря, что надо устроить праздник в вашу честь.

В конце концов, миссис де Уинтер, вы же действительно новобрачная.

Как напыщенно и глупо это звучит.

Хорошо бы, если бы Фрэнк не был всегда так точен.

— Я не новобрачная, — сказала я.

— У меня даже не было настоящей свадьбы.

Ни белого платья, ни флердоранжа, ни подружек.

Мне вовсе не нужны дурацкие танцы в мою честь.

— На Мэндерли en fete[15] стоит посмотреть, — сказал Фрэнк.

— Вы получите огромное удовольствие.

И не бойтесь, от вас ничего не потребуется.

Только встречать гостей, а это нетрудно.

Может быть, вы не откажетесь один раз станцевать со мной?

Милый Фрэнк.

Мне так нравилась его степенная галантность.

— Я буду танцевать с вами столько, сколько вы захотите, — сказала я.

— Больше ни с кем я танцевать не стану, только с вами и Максимом.