Это был для него страшный удар.
Я сразу сказала ему, что вы не могли сделать такую вещь, что это — чистая случайность. И надо же вам было выбрать именно эту картину!
— Мне следовало знать, — повторила я.
— Я одна во всем виновата. Мне следовало видеть.
Мне следовало знать.
— Да нет же!
Ну не расстраивайтесь так, вы потом спокойно ему объясните, как это случилось.
Все будет в порядке.
Когда я поднималась к вам, подъезжали первые гости.
Они пьют коктейли.
Все хорошо.
Я велела Фрэнку и Джайлсу говорить всем, что костюм вам не впору, и вы очень огорчены.
Я ничего не ответила.
Продолжала сидеть на постели, опустив на колени руки.
— Что вы наденете? — спросила Беатрис, подходя к платяному шкафу и распахивая дверцы.
— Как насчет этого голубого платья?
Выглядит очень мило.
Наденьте его.
Никто не обратит внимания.
Быстро.
Я вам помогу.
— Нет, — сказала я.
— Нет, я не спущусь вниз.
Беатрис горестно глядела на меня, все еще держа в руках голубое платье.
— Но, милочка, вы должны пойти туда, — в смятении сказала она.
— Не можете же вы не выйти к гостям.
— Нет, Беатрис.
Я не в силах смотреть им в лицо после всего того, что случилось.
— Но никто ничего не узнает, — сказала она.
— Фрэнк и Джайлс и словом не обмолвятся.
Мы же состряпали целую историю.
Вам прислали не то платье, и оно на вас не сидит, пришлось надеть обычное вечернее платье.
Все сочтут это вполне естественным.
В конце концов какая кому разница?!
— Вы не понимаете, — сказала я.
— Меня не волнует платье.
Дело совсем не в этом.
Дело в том, что произошло, в том, что я натворила.
Я просто не могу сейчас спуститься, Беатрис.
— Но, милочка, Джайлс и Фрэнк все прекрасно поняли.
Они так вам сочувствуют.
И Максим тоже.
Просто в первый момент мы… Я попробую улучить минутку и поговорить с ним наедине. Я все ему объясню.
— Нет! — сказала я.
— Нет!
Она положила голубое платье на постель рядом со мной.
— Приедет все графство, — сказала она, крайне расстроенная и встревоженная.
— Покажется таким странным, если вы не спуститесь вниз.
Не могу же я сказать, что у вас вдруг разболелась голова!
— Почему бы и нет! — устало промолвила я.