Так опозорить мистера де Уинтера?
— Ну, уж я бы ей не спустил, сопливой девчонке.
— Может, все не так, одна болтовня?
— Так, так, не сомневайтесь!
В доме только об этом и говорят.
Один — другому, тот — третьему.
Улыбка, прищуренный глаз, пожиманье плеч.
Одна кучка, затем другая.
От них — к гостям, которые вышли на террасу и разбрелись по лужайкам.
Вот пара, которая часа через три будет сидеть в креслах в розарии у меня под окном.
— Как ты думаешь, то, что я слышала, правда?
— А что ты слышала?
— Да что она вовсе не больна. Просто они поссорились, и она не желает выходить.
— Хорошенькое дело!
Поднятые брови, свист сквозь зубы.
— Да, все это выглядит странно, ты не находишь?
Я хочу сказать, чтобы так, ни с того ни с сего разболелась голова!
Все это выглядит очень подозрительно.
— Мне показалось, у него мрачный вид.
— И мне.
— Сказать по правде, я уже и раньше слышала, что их брак не очень-то удачный.
— Да?
— Хм. Мне говорили об этом. И не один человек.
Говорят, он начал понимать, что сделал большую ошибку.
Она-то ведь — глядеть не на что.
— Да, я тоже слышала, что красотой она не отличается.
Кем она была?
— Да никем.
Подобрал ее где-то на юге Франции, бонна или что-то вроде.
— Господи Боже мой!
— То-то и оно.
Когда подумаешь о Ребекке…
Я продолжала смотреть на пустые кресла.
Небо из розового стало серым.
Над моей головой зажглась Венера.
В лесу за розарием раздавался тихий шелест — это устраивались на ночлег птицы.
Пролетела одинокая чайка.
Я отошла от окна обратно к кровати.
Подняла с полу белое платье и положила его в коробку с папиросной бумагой.
Спрятала в картонку парик.
Затем стала искать в стенных шкафах дорожный утюг, который я брала в Монте-Карло, чтобы гладить платья миссис Ван-Хоппер.
Он лежал в глубине полки за старыми шерстяными джемперами, которые я давно не носила.
Это был один из тех утюгов, что годятся для любого напряжения, и я воткнула штепсель в розетку на стене.
Затем принялась гладить голубое платье, которое Беатрис вынула из шкафа, медленно, методично, как гладила платья миссис Ван-Хоппер.
Закончив, положила готовое платье на кровать.
Затем сняла с лица грим, наложенный для маскарадного костюма.
Причесалась, вымыла руки.
Надела голубое платье и туфли, которые всегда надевала с ним.
Я снова была девушка-компаньонка и собиралась спуститься в гостиную отеля вслед за миссис Ван-Хоппер.
Я открыла дверь спальни и пошла по коридору.