С Ребеккой я говорить не могу, но с ней-то могу.
Повинуясь внезапному порыву, я быстро пошла через лужайку к дому.
Пересекла холл, поднялась по лестнице, прошла под аркой у галереи, затем в дверь западного крыла и поспешила вдоль темного, безмолвного прохода к Ребеккиной спальне.
Повернула ручку двери и вошла.
Миссис Дэнверс все еще стояла у окна, ставни были открыты.
— Миссис Дэнверс, — позвала я.
— Миссис Дэнверс!
Она обернулась ко мне, я увидела, что глаза ее покраснели и распухли от слез, как мои, а на бледном лице лежат темные тени.
— Что такое? — сказала она, и голос ее был хриплый и глухой от рыданий, как и мой этой ночью.
Я не ожидала увидеть ее такой.
Я рисовала ее себе с той же злобной, жестокой улыбкой, что вчера.
А передо мной была больная измученная старуха.
Я приостановилась в нерешительности, держась за ручку двери, не зная, что сделать и что сказать.
Миссис Дэнверс продолжала смотреть на меня красными распухшими глазами, и слова замерли у меня на губах.
— Я положила меню на бюро, как всегда, — сказала она.
— Вы хотите что-нибудь заменить?
Ее фраза придала мне смелости, я оторвалась от двери, вышла на середину комнаты.
— Миссис Дэнверс, — сказала я.
— Я пришла говорить не о меню.
Вы это знаете, не так ли?
Она не ответила.
Разжались и снова сжались пальцы ее левой руки.
— Вы добились того, чего хотели, верно? — сказала я.
— Вы так это все задумали, да?
Вы довольны теперь?
Вы счастливы?
Она отвернулась и снова стала смотреть в окно, как до моего прихода.
— Зачем вы приехали сюда? — проговорила она.
— Вы никому не нужны здесь, в Мэндерли.
Все было хорошо, пока вы не появились.
Почему не остались там, где были, там, во Франции?
— Вы забываете, видно, что я люблю мистера де Уинтера.
— Если бы вы любили его, вы бы не вышли за него замуж, — возразила она.
Я не знала, что ей сказать.
Все это было дико, нереально.
Она продолжала тем же глухим, прерывистым голосом, по-прежнему отвернувшись к окну.
— Я думала, что ненавижу вас, но теперь это прошло, — сказала она, — ненависть исчерпала себя, во мне пусто.
— Почему вам меня ненавидеть? — спросила я. — Что я сделала вам?
— Вы старались занять место миссис де Уинтер, — сказала она.
Она так и не взглянула на меня.
Стояла, угрюмо отвернувшись в сторону.
— Я ничего не изменила, — сказала я.
— Все в Мэндерли шло по-старому.
Я не распоряжалась здесь. Я все предоставила вам.
Я хотела быть с вами в дружбе, но вы невзлюбили меня с первой минуты.
Я увидела это по вашему лицу, когда мы знакомились с вами тогда, в холле.
Она ничего не ответила; по-прежнему сжимались и разжимались пальцы лежащей на платье руки.
— Многие люди женятся во второй раз, — продолжала я. — Женятся и выходят замуж.
Каждый день совершаются сотни таких браков.
Вас послушать, так мое замужество — преступление, кощунство по отношению к мертвым.