Я глянула на них уголком глаза.
Внезапно у меня так и подпрыгнуло сердце — я узнала среди них миссис Дэнверс.
Она сидела в конце зала, рядом с ней Фейвел.
Джек Фейвел, двоюродный брат Ребекки.
Он сидел, наклонившись вперед, положив подбородок на сложенные руки, и пристально смотрел на коронера, мистера Хорриджа.
Я не ожидала его тут встретить.
А Максим видел его?
С места поднялся Джеймс Тэбб, корабельный мастер; коронер задал ему какой-то вопрос.
— Да, сэр, — ответил Тэбб, — я перестраивал яхту миссис де Уинтер.
Это был французский рыбачий бот; миссис де Уинтер купила его по дешевке в Бретани и переправила сюда.
Она поручила мне отремонтировать бот и переделать его на яхту.
— Яхта была в полной исправности? — спросил коронер.
— Когда я оснащал ее в апреле прошлого года, да, — сказал Тэбб.
— В октябре миссис де Уинтер поставила ее ко мне на ремонт, а в марте она передала, чтобы я оснастил ее, как обычно. Так я и сделал.
Это был ее четвертый сезон на море после того, как я переделал бот на яхту.
— Были вам известны другие случаи того, чтобы эта яхта переворачивалась? — спросил коронер.
— Нет, сэр.
Миссис де Уинтер сразу бы мне сказала, если бы у нее возникли какие-нибудь опасения. Но об этом даже речи не было.
Судя по словам миссис де Уинтер, яхта устраивала ее во всех отношениях.
— Вероятно, при управлении яхтой нужна большая осторожность? — спросил коронер.
— Как вам сказать, сэр… Конечно, когда идешь под парусом, надо быть начеку. Тут я не спорю.
Но яхта миссис де Уинтер — это вам не один из тех капризных суденышек, которых полно у нас в Керрите. Их точно нельзя оставлять без присмотра.
А это было прочное, надежное судно, которое не боялось даже сильного ветра.
Миссис де Уинтер выходила на ней в море при худшей погоде.
Да не так сильно в ту ночь и дуло, разве что ветер был шквалистый.
Я весь год об этом толковал.
Никак не мог понять, как это яхта миссис де Уинтер затонула в такую ночь.
— Но если миссис де Уинтер спустилась в каюту за курткой, как мы предполагаем, внезапный порыв берегового ветра был достаточен, чтобы перевернуть яхту, с этим вы согласны? — спросил коронер.
Джеймс Тэбб покачал головой.
— Нет, — упрямо сказал он.
— Не согласен.
— Боюсь, все же, это самое тогда и произошло, — сказал коронер.
— Я уверен, что ни мистер де Уинтер, ни кто-либо иной не станет винить вас в том, что яхта перевернулась. Ваша работа безупречна.
Вы оснастили яхту в начале плавательного сезона, вы доложили, что она была в полной исправности и готова к выходу в море. Это все, что я хотел знать.
К сожалению, покойная миссис де Уинтер на какой-то миг ослабила внимание, и это ей стоило жизни — яхта утонула вместе с ней.
Подобные печальные случаи бывали и раньше.
Повторяю, вас мы ни в чем не виним.
— Простите, сэр, — сказал корабельный мастер, — но это не все.
С вашего разрешения, я продолжу свои показания.
— Хорошо, продолжайте, — сказал коронер.
— Значит, так, сэр.
После этого несчастного случая куча народа в Керрите говорила о моей работе всякие гадости.
Что я, мол, дал миссис де Уинтер дырявую, прогнившую яхту.
Я потерял из-за этого два или три заказа.
Это было несправедливо, но яхта утонула, и я ничего не мог поделать, чтобы обелить себя.
И тут вдруг садится на мель этот пароход, водолаз находит яхту миссис де Уинтер, и вы поднимаете ее наверх.
Капитан Сирл лично дал мне вчера разрешение ее осмотреть.
Я хотел убедиться, что я сделал добротную работу, пусть яхта и пробыла под водой больше года.
— Что ж, это вполне естественно, — сказал коронер. — И как, убедились?
— Да, сэр, вполне.