— Уж я добьюсь справедливости. Ребекка ее заслужила, — сказал он, повысив голос.
— Самоубийство! Ну и вздор! Этот старый маразматик коронер заставил присяжных поверить в самоубийство.
Мы-то с вами знаем, что никакое это не самоубийство, не так ли?
— Он наклонился еще ниже.
— Не так ли? — медленно повторил он.
Дверь распахнулась, в комнату вошел Максим, следом за ним Фрэнк.
Максим остановился как вкопанный, так и не закрыв дверь, посмотрел на Фейвела.
— Какого черта вам здесь надо? — сказал он.
Фейвел обернулся, руки в карманах.
Подождал немного, затем на губах его появилась ухмылка.
— По правде говоря, Макс, дружище, я приехал поздравить тебя с результатом сегодняшнего дознания.
— Вы сами покинете этот дом, — сказал Максим, — или предпочитаете, чтобы мы с Кроли спустили вас с лестницы?
— Спокойно, спокойно, погоди минутку, — сказал Фейвел.
Он закурил свежую сигарету и снова уселся на ручку дивана.
— Ты ведь не хочешь, чтобы Фрис слышал то, что я скажу, — проговорил он.
— Ну, а он услышит, если дверь будет открыта.
Максим не двинулся с места.
Я увидела, что Фрэнк плотно прикрывает дверь.
— Слушай, Макс, — сказал Фейвел, — тебе удалось очень хорошо выкарабкаться из всего этого дела, верно?
Тебе и не снилось, что все так гладко сойдет.
Да, да, я был на суде сегодня и, полагаю, ты видел меня.
Я просидел от начала до конца.
Я видел, как хлопнулась в обморок твоя жена, и я ее не виню, момент и впрямь был критический.
Все висело на волоске, кто мог сказать, куда повернется дознание, да, Макс?
К счастью для тебя, оно повернуло туда, куда повернуло.
Ты случайно не подкупил этих тупоголовых типов, изображавших присяжных, а?
На мой взгляд, сильно смахивает на то.
Максим сделал шаг к Фейвелу, но тот поднял руку.
— Подожди минутку, ладно, — сказал он.
— Я еще не кончил.
Ты же понимаешь, Макс, старина, что я могу поставить тебя в чертовски неприятное положение, если захочу.
И не только неприятное, а можно сказать даже — опасное.
Я села в кресло у камина.
Крепко сжала подлокотники.
Максим по-прежнему стоял не шевелясь и не сводя глаз с Фейвела.
— Да? — сказал он. — Каким же это образом?
— Послушай, Макс, я полагаю, между тобой и твоей женой нет секретов, а Кроли, похоже, тоже входит в счастливое трио.
Значит, я могу говорить в открытую, и так я и буду говорить.
Вы все знаете насчет меня и Ребекки.
Мы были любовниками, так?
Я никогда не отрицал этого и впредь не собираюсь.
Прекрасно.
До вчерашнего дня я полагал, как и все прочие дураки, что Ребекка утонула в заливе и ее тело нашли много недель спустя в Эджкуме.
Для меня это был удар, жуткий удар.
Но я говорил себе: «Ребекка сама выбрала бы такую смерть, она умерла как и жила, в борьбе».
Он замолчал и поглядел по очереди на каждого из нас.
— И вот несколько дней назад я беру газету и читаю, что какой-то водолаз наткнулся случайно на ее яхту и что в каюте находится чье-то тело.
Я ничего не мог понять.
Кого, черт подери, Ребекка могла взять с собой в море?
Чушь какая-то.